Нильс даже подумал подождать и выбрать другое место, но маг, упрямо двигался к дурацкой башне, а значит встреча с местными болванами была неизбежна. Он не знал точно, чем закончится стычка между заклинателем и мародерами заброшенных имперских укрытий, — учитывая увиденное в деревне и замке скорее всего смертью большей части банды, — но рисковать не мог. Любая случайность и драгоценный приз, за которым Нильс гонялся уже не одну неделю, мог попасть в руки грязного сброда, даже не представлявшего, какое они могли получить сокровище.
Да, он не мог рисковать, надеясь на мастерство заклинателя, поэтому решил действовать сам. И просчитался. Похоже проклятые разбойники оказались вовсе не такими простофилями, какими он представлял, и заранее выставили дозорного, следить за подходами к башне. Дальше дело истории. Увидев всадника, наблюдатель предупредил своих, те подобрались к месту засады, и не разбираясь обстреляли обоих.
И теперь Нильс ранен, заклинатель не пойми где, а крики кретинов становятся громче.
— Эй, вы! Мы видим вас! Если не выйдете, всех убьем! — пронеслось над склоном.
А до этого вы что пытались сделать⁈ — ядовито подумал Нильс и оторвал край рубахи для перевязки. Подумал, и стянул ремень, перехватывая бедро. Зубами зажал рукоять ножа, чтобы было не так больно.
Отломанная половинка стрелы с оперением отлетела в сторону. Мозолистые пальцы сжали древко. Еще секунда, чтобы решиться.
Резко надавить. Из горла вырвался стон, приглушенный зажатой рукоятью ножа, в которую с дикой силой вонзились зубы. Боль оказалась столь сильна, что из глаз брызнули слезы. Но Нильс продолжал упрямо давить. Наконечник медленно и неохотно показался из плоти.
— Чтоб вас всех, ублюдки… — прошептал следопыт, быстрыми движениями доставая из небольшого мешочка сероватый порошок, тут же посыпая поверх раны.
Нильс взвыл. Ногу обожгло, словно опустили в костер.
— Проклятье! Проклятье! Проклятье! — он бил кулаком по земле, не обращая внимания на появляющиеся ссадины. Боль оказалась слишком большой.
Но все рано или поздно заканчивается, затихла и рана, порошок сработал, заморозив кровоточащее отверстие в бедре, осталось перевязать. Это заняло еще несколько томительно долгих секунд.
Потом он сам не мог сказать точно, что заставило его поднять голову, может подсознание заметило едва заметный шум шагов, может нос уловил запах давно немытого тела, но когда из-за края валуна показался мужик с вознесенным над головой уродливым тесаком, он был готов.
Тихо тренькнул арбалет. Лицо разбойника приняло удивленное выражение. Скосил глаза и увидел, как в груди вырос болт.