Когда мы оторвались друг от друга, я едва держалась на ногах и совершенно не соображала.
Где я, кто я – все эти безмерно сложные вопросы были вне моей компетенции. Но я отлично знала одно – я там, где надо.
Я с ним. С Виктором Аргенталем. Моей половинкой. Второй частью зелья, которое всё это время неспешно подогревалось в медном котелке любви, а теперь под ним зажгли горелку на полную, заставляя его кипеть и выплёскиваться.
Вик коснулся лбом моего лба.
– Ну? На троечку потянет?
– Для чистоты эксперимента, – прошептала я, – нужно повторить.
Он тихо засмеялся и поцеловал меня ещё раз.
А потом ещё раз. И ещё.
– Не знаю, не знаю, студент, – произнесла, когда мы немного пришли в себя. Самую малость. – Кажется, это всё–таки незачёт. Придётся вам посещать мои дополнительные занятия, факультативы…
– Готов даже оставаться на продлёнку, – проявил Виктор безумную тягу к знаниям. И снова меня поцеловал!
Двадцать лет спустя
– Мам, если ты будешь так смотреть на академию, она решит, что ты пришла с котлом номер два и готовишься её снести.
– Я не так смотрю! – возмутилась я и топнула ногой так, что стул подо мной жалобно скрипнул.
– Так, – хором заверили муж и дочь. Тролли бессовестные!
Я посмотрела сначала на Виктора, затем на нашу младшенькую и решила, что оба в последние годы слишком распустились.
– Я всего лишь немного волнуюсь, – призналась семье. – Это не повод обвинять меня во всех смертных грехах.
Из кабинета донеслось зычное: «Следующий!», и наша принцесса с гордо поднятой головой ушла сдавать вступительные экзамены на факультет Зелий и Заклинаний.
Я затряслась всем телом и схватила мужа за колено.
– А вдруг она не поступит?
– Ты минуту назад уговаривала её остаться дома, – напомнил супруг.
Я не успела ничего ответить. Дверь распахнулась и господин ректор выглянул в коридор.
– Леди Аргенталь, какая честь! Вы случайно не пересмотрели своё решение насчёт рецепта? Есть у нас пара задумок…
Я покраснела быстрее, чем хотелось бы.
– Я сварю для вас столько зелья, сколько нужно, но рецепт не выйдет за пределы моей семьи.
Виктор затрясся от смеха. Потому что состав зелья, которое работает не только с человеческими фигурами, но и способно выдавать новые здания, за все эти годы я не раскрыла никому, кроме него.
А те, кто мог бы догадаться, заметив, что я очень «люблю печь овсяное печенье», никак не связывали мои потуги на кухне с успехами в лаборатории.
Ректор тяжело вздохнул и скрылся обратно. Он не очень–то и рассчитывал на чудо, скорее, однообразный диалог стал нашей не очень доброй традицией.