– Что мне сделать, чтобы ты думала обо мне? – садится на постели, повернувшись ко мне спиной.
– Паш, я не сравниваю вас, если ты об этом. Просто иногда мой разум меня подводит. Я не могу не думать о нём. Когда я думаю, что вот-вот получилось, мы снова встречаемся и всё возвращается… Прости.
– Перестань его бояться. Ты больше не попадёшь к нему в руки. Я даю тебе своё слово. Если оно, конечно, для тебя хоть что-то значит.
– Значит, Паш, – я встаю на колени, подползаю к нему и обнимаю со спины. – Это пройдёт. Страх забудется, нужно только подождать.
– Если ты его так боишься… Почему не призналась мне сама?
– Потому что тогда я боялась тебя больше, чем его.
– Кто я, по-твоему? Убийца? Конченный садист? Кто я, Кира?
– Ты не садист. И точно не убийца. Иначе меня бы уже не было…
– Тебя бы не было, если бы я тебя так не любил! А я, как болван старый, залип на тебе и сдвинуться с этой точки не могу! – Паша злился. Не знаю, на кого из нас сильнее. Скорее всего на себя.
Я же продолжала ненавидеть себя и Ярослава. То, что мы совершили не прощается. У Паши невероятная душа. Добрая и родная мне.
– Я люблю тебя, Паш. Очень люблю. Раньше я даже не подозревала, насколько люблю. Я думала, ты привычка. А оказалось мой единственный. Я рожу тебе детей, сколько захочешь. Ты только не разлюби меня, пожалуйста.
– Не разлюблю. Я просто не умею этого делать. Как оказалось, я однолюб.
Я прижалась к его спине, закрыла глаза.
– Полетим на Средиземное море? Пока он не уедет в Европу?
Паша о чём-то задумался, а потом кивнул.
– Полетим.
*****
Ярослав сел за руль, закрыл глаза. Наконец-то свобода. В окно постучал отцовский надзиратель.
– Что? – опустив стекло, недовольно спросил безопасника.
– Вам нельзя за руль, Ярослав Павлович. Я отвезу вас куда скажете.
– Когда же я от вас избавлюсь, – прошептал, закрывая глаза.
Рука на руле вздрогнула, часы подали сигнал. Пора принимать лекарство.
Он достал из кармана баночку, бросил в рот две капсулы. Закрыл глаза. Скоро дрожь пройдёт. И он, наконец, уедет из страны. Далеко и надолго.
Вышел из машины, хлопнул дверью. Сам обошёл капот и сел на пассажирское сидение. Дождался, пока сядет водитель.
– Куда прикажете, Ярослав Павлович?
– Подальше отсюда. В аэропорт.
– Вы уверены?
– Да, я уверен.
– Я буду вынужден позвонить Павлу Алексеевичу.
– Докладывай, – вышел покурить, посмотрел в небо. Осеннее солнце уже почти не грело. По коже пробежали мурашки. Снова вспомнил её лицо и тот страх, с которым она смотрела на него. Уехать подальше – это лучшее решение. Там не будет соблазна. Там не будет её. Как и мыслей, что отец забрал у него самое важное. Самое нужное.