— Спасибо! Для меня было честью сражаться для вас! — выдал я привычную фразу воина Арены Чести.
Адаптер смены голоса преобразовал мой дискант в мужественный бас. Я коротко кивнул на все четыре стороны и направился к выходу.
— Подождите, Шин! — окликнул голос организатора. — Снимите шлем, чтобы люди могли увидеть ваше мужественное лицо!
Я на секунду остановился и помотал головой:
— Нет, я предпочту остаться инкогнито!
— Но… Как же так? Все чемпионы снимают шлемы после боя! Ещё не было такого, кто бы не демонстрировал лицо для камер!
— Значит, я буду первым!
— Но… Это странно! Шин, граждане Южа-Сити требуют снять шлем!!!
Я молчал, делая шаг за шагом среди гранитных обломков.
Толпа возмущенно заурчала. Её лишили вкусного кусочка. Ну и пусть. Я продолжал идти. Даже когда рядом грохнулась брошенная бутылка с молочным напитком, не замедлил шаг. Черный провал выхода скрыл от меня возмущенных криков. Похоже, что я напортачил в последние секунды своего выступления и вместо любви зрительской толпы получил её ненависть.
Да и плевать!
У меня были свои причины не показывать лицо…
В большом кабинете раздался стук. Мужчина с белыми волосами и татуировкой веточки сакуры на щеке оторвал глаза от экрана планшета, где только что закончился бой между Тоталом и Шином Каге:
— Войди, Шакко.
— Босс, — поклонилась вошедшая рыжеволосая девушка. — Вызывал?
— Да, — кивнул Изаму Такаги, поворачивая экран к рыжевласке. — Детишки подросли. Они уже начали играть во взрослые игры.
— Да? — подскочила к экрану изящная девушка и прокрутила бой на Арене Чести. — Ого, а не плохо. Чувствуется наследие… Но ведь им ещё нельзя?
— А когда слово «нельзя» их останавливало? Мда… Мне казалось, что у них есть ещё несколько лет детства в запасе, но они решили повзрослеть пораньше.
— Босс, и что ты планируешь делать? Неужели вмешаешься? — девушка присела на край стола.
— Нет, я ничем не должен выдавать своё родство. Но у меня есть верный друг, который в силах помочь… — Изаму Такаги кивнул на девушку, а глаза его остановились на фигурке собаки, что висела на изящной шее.
— Ты хочешь… — ладонь девушки прикрыла фигурку.
— Так надо, Шакко, — вздохнул Изаму. — Ребята не вытянут одни, а задействовать Норобу опасно.
Рыжевласка поджала губы, потом погладила фигурку собаки и кивнула:
— Я сделаю это, босс…
Не забываем ставить лайки, писать комментарии, а также вести себя прилично. Всё-таки все мы культурные люди))
«Война любит победу и не любит продолжительности»
Сунь Цзы
Путь в раздевалку никто не рискнул преградить. Оно и понятно — в прошлый раз хорошо приложил одного засранца о стену. Так, что зубы застучали по бежевой стене коридора. Молодой человек что-то пытался сказать мне в спину, но с полным ртом крови особо не поговоришь.