Фыркнув, конь поплелся знакомиться с новыми друзьями. Конюхи, выглянув из конюшен с удивлением и страхом наблюдали, как к ним приближается ЭТО.
— Ты видишь то же, что и я? — услышал я голос одного конюха. — Или это мне сниться?
Тот покачал головой.
— Видно, корги-кони были не самым странным, что я увижу за свою жизнь…
Приближаться к Булату не рискнул ни один, и хорошо. Уж больно вольная птица этот… конь.
— Ребята, и не думайте наваливать ему овса! — крикнул я им, когда Булат скрылся в конюшне. Оттуда сразу донеслось взволнованное ржание. — Все списки того, что он любит уже у Маруси.
Они закивали и аккуратно — с таким видом будто они в гостях в собственной конюшне — скрылись внутри. Там уже что-то светилось.
Я же забежал в усадьбу, поглядеть, как там освоились наши. На удивление все чувствовали себя как дома, и атмосфера уже мало отличалось от того домашнего уюта, что царил в московском поместье и в Широково. Духа прежних хозяев ничуть не ощущалось. И хорошо — выкуривать призраки Меладзе совсем не хотелось.
У меня была крамольная мысль по-тихому добраться до спальни, закрыть все двери и окна и пропасть там на пару часиков, но ни жены, ни остальные члены семейства не дали мне ступить и шагу. Все же дел в новом поместье было невпроворот, да и обе дамы требовали внимания. Особенно в свете исчезновения Виолетты. Обе были обеспокоены до крайности.
— Ладно, а то еще бы Есенина проспал, — буркнул я, поцеловав сначала Машу, а потом Свету.
На все их разговоры я только кивал. Нет, Виолетта всю дорогу не уходила у меня из головы, но сначала стоит дождаться новостей от Люси, а потом планировать операцию. Сначала накопим силы, оценим риски, спланируем операцию, и только потом…
— И когда это у нас было так гладко? Ну, про риски и планы? — ухмыльнулась Лора.
Тут я не мог с ней не согласиться. Редко когда все удавалось спланировать. Обычно все выходило исключительно через импровизацию.
— Вот попомни мое слово, — сказала Лора. — Уже к концу дня точно произойдет что-нибудь неожиданное, и все твои планы улетят в трубу!
Кстати про неожиданности. Не успел я добраться до кухни, как меня взяла в оборот Маруся и, усадив на стол, пододвинула полную тарелку борща.
— Ты там, поди, на этой своей Антарктиде задубел совсем! — заворчала она. — Тоже мне, полярник нашелся! Ешь, и пока не очистишь тарелку, не встанешь!
Со смиренным видом я взял ложку и принялся есть. Хотя борщ был просто пальчики оближешь.
Рядом тут же образовался Боря. Он хотел мне что-то рассказать, но ему тоже плеснули пару половников. Нахмурившись, он отодвинул тарелку.