— Не люблю я эти их балы! — Таисья снова начала тайком делиться своими предпочтениями в светском отдыхе. — Пусть только попробует меня кто-то пригласить… Плевала я на вашу охрану…
— Помимо личной охраны, безопасность мероприятия и ваших гостей будут обеспечивать и мои коллеги — агенты Седьмого Отделения. — Ромул опустил взгляд на бордовый значок, который до сих пор лежал на кафедре. — Их вы будете замечать всегда…
— А их можно будет на танец пригласить? — С галёрки вдруг послышался кокетливый голосок. — Вы же там тоже будете?
— Да, я тоже буду среди агентов, отвечающих за ваше праздничное времяпровождение. — Лучезарная улыбка улетела от кафедры куда-то наверх. — Но, к моему глубокому сожалению, сударыня, на службе мы не танцуем.
— Жаль…
— Кто это там так собачатину любит… — Оглядываясь, Таисья, похоже, не особо волновалась насчёт того, что опричник может её услышать. И когда Ромул после этого спокойно глянул в нашу сторону, было непонятно — отреагировал он на звук или просто на движение.
Ладно. Раз уж мы, вроде как, перешли к вопросам…
Когда моя рука поднялась, тёмные глаза наконец-то остановились точно на мне:
— Да?
Я поднялся и ответил таким же прямым взглядом:
— Слышал, что некоторые… кхм… Некоторые злодеи могут заставить людей делать то, что они сами не хотят. От этого наши гости тоже будут защищены?
Ромул ответил мне спокойной мягкой улыбкой:
— Вы предвосхитили следующий пункт моего доклада, ваше сиятельство! Наверное, это та самая знамениятая сила рода Шубских. От проницательности которых, как говорят, ничего невозможно утаить… Ни звериный след… — Взгляд тёмных глаз на миг упал в строну Таисьи. — Ни человеческие секреты… — Ромул тут же коротко глянул вправо от меня на Сатоши. — Можете не беспокоиться, князь. Любое несанкционированное использование силы или амулетов на время мероприятия — под строжайшим запретом. Как под номинальным, так и фактическим. — Опричник снова обратился в пространство аудитории. — Ещё вопросы?
— Да. — Я остался стоять. — Ещё я слышал, что человек может… Ну… Как бы сам собой не владеть. Если его заранее обработали… — Я продолжал смотреть прямо в глаза опричника. — Не то, что там у него в заложники кого-то взяли или шантажируют чем-то… А как бы он сам не свой внутри… Не своим умом действует… — На этих словах я нашёл взглядом Фродрика. — Вот против такого фокуса у вас есть средства?
Смуглый южанин даже не покосился в мою сторону в ответ. Сейчас он был как раз из тех студентов, что скучающе лежали щекой на руке. И, казалось, вот-вот уснёт…
По спокойному лицу Ромула тоже не было видно, понял ли он намёк. Но за моим взглядом он всё-таки проследил. И тут же вернул глаза обратно на меня: