Сергей сидел в своём кабинете, погружённый в размышления. Его мысли кружились вокруг событий, перевернувших политический ландшафт Европы. Смерть Гитлера, которую он так желал, произошла, но не по его плану. Он не организовывал покушений, не вмешивался напрямую в дела Германии. И всё же Гитлер был мёртв — погиб в результате взрыва, за которым, судя по всему, стоял Герман Геринг. Это было странно, почти необъяснимо. В той истории, которую знал Сергей, Геринг никогда не предпринимал попыток устранить Гитлера. Он был верным соратником, амбициозным, но не настолько, чтобы решиться на такой шаг. Что-то изменилось, и это изменение тревожило Сергея. Он понимал, что его действия в этом мире, его осторожные шаги по укреплению позиций СССР могли повлиять на ход событий, но чтобы в Германии возникла такая оппозиция среди ближайшего окружения Гитлера? Это казалось невероятным.
Сергей откинулся в кресле, пытаясь собрать воедино разрозненные мысли. Его знание будущего, которое он считал своим главным преимуществом, теперь вызывало сомнения. История изменилась, и он не мог точно определить, какие события или чьи действия привели к такому исходу. Возможно, кто-то другой, о ком он не знал, вёл свою игру? Или это были последствия его собственных решений, которые, подобно кругам на воде, разошлись дальше, чем он мог предугадать? Мысли лезли в голову самые разные: от тайных заговоров иностранных держав до внутренних интриг в рейхе. Он пытался отогнать их, сосредоточиться, но тревога не отпускала. Он должен был разобраться, понять, что стоит за этим переворотом и как это повлияет на будущее.
Сергей вызвал Вячеслава Молотова, наркома иностранных дел, и Павла Судоплатова, начальника иностранного отдела ОГПУ. Ему нужно было услышать их мнение, собрать информацию, которую могла предоставить разведка, и обсудить возможные причины произошедшего. Он хотел понять, почему Геринг решился на такой шаг и какие силы могли стоять за ним. Через час оба вошли в кабинет. Молотов, как всегда, был сдержан, его лицо выражало спокойную уверенность. Судоплатов, напротив, выглядел настороженным, словно предчувствовал, что разговор будет непростым.
— Товарищи, — начал Сергей, указав на стулья. — Ситуация в Германии требует нашего внимания. Смерть Гитлера — не просто случайность, и я хочу понять, что за ней стоит. Геринг захватил власть, обвиняя Гиммлера, но я не верю, что это только его инициатива. Вячеслав Михайлович, Павел Анатольевич, каковы ваши предположения? Почему это произошло и кто мог способствовать такому повороту?