— Хорошо, Алему, Тесфайе. Ведите по двести воинов, устройте засаду в правом проходе. Ждите сигнала — это будет красная ракета. Не атакуйте раньше, иначе раскроете позицию.
На итальянской стороне, в блиндаже на холме, капитан Марио Росси, с красным от жары лицом, кричал в рацию, его голос дрожал от злости и усталости
: — Avanti, черт возьми! Танкетки, давите их! Артиллерия, бейте по центру ущелья!
Его лейтенант, Луиджи Верди, кашляя от пыли, ответил:
— Синьор капитан, их пулемёты косят нашу пехоту! Абиссинцы прячутся за скалами, а эти… русские? Их пушки бьют слишком точно! Росси, стукнув кулаком по столу, крикнул:
— Какие русские? Это слухи! Продолжайте наступление! Где авиация? Верди, глядя в бинокль на дымящееся ущелье, ответил:
— Caproni на подходе, синьор капитан. Они сбросят иприт. Но абиссинцы… они дерутся как демоны!
Итальянская артиллерия обрушила шквал снарядов на ущелье, камни разлетались, поднимая густые облака пыли, которые смешивались с дымом от горящих танкеток. Сорок L3/35 двигались по узкой дороге, пулемёты стреляли без остановки, но советские пушки отвечали с убийственной точностью. Козлов, у 76-мм пушки, крикнул, перезаряжая:
— Алексей Петрович, попал! Головная танкетка горит! Снаряд разнёс L3/35, её обломки запылали, блокируя путь остальным. Вспышка взрыва осветила ущелье, и крики итальянских солдат, попавших под осколки, смешались с рёвом моторов. Абиссинские воины, укрытые за валунами, открыли огонь из винтовок Mannlicher и пулемётов Hotchkiss, их крики эхом отдавались в горах. Вольде, стоя на скале, размахивал саблей, его голос гремел на амхарском:
— За Абиссинию! За наших братьев! Бейте их!
Его воины, вооружённые саблями и винтовками, бросились на итальянскую пехоту, которая пыталась обойти ущелье. Алему, в узком проходе, вёл свою группу:
— Ждите ракету! Готовьте гранаты!
Самолёт Caproni, гудя моторами, пролетел над ущельем, сбросив бомбы с ипритом. Жёлтые облака газа поползли по низине, их едкий запах проникал даже через маски, заставляя абиссинских воинов кашлять и отступать к высотам. Один из воинов, молодой парень лет двадцати, упал, задыхаясь, его лицо посинело, а руки судорожно сжимали горло. Власов, натянув противогаз, крикнул Козлову:
— Иван, бей по их батареям! Они на холме, видишь?
Козлов, прицелившись, ответил:
— Вижу! Два выстрела, и их пушки замолчат! Снаряд разнёс итальянскую батарею, взрыв поднял столб пыли, но второй Caproni сбросил новый заряд газа. Власов крикнул:
— Противогазы! Всем противогазы! Отводите людей на высоты!
Вольде кричал своим воинам: