— О Великий Энрю, защити своих детей!
Короткая молитва, и от неё разошлась волна золотистого света. Над головой каждого члена команды вспыхнул небольшой светящийся круг — символ божественной защиты.
При виде этого света Кехлер дёрнулся, словно от удара.
— Мерзкое отродье с мерзким богом!
Он отлетел ещё выше, подальше от «отвратной» ауры.
— Хотите по-плохому? Как скажете!
Кехлер протянул вперёд руку, и на его ладони вспыхнул маленький, полупрозрачный силуэт — душа.
Душа той самой Королевы Пауков, которую Ярославу только что убрала в кольцо. Она выглядела точь-в-точь как мёртвое тело, только призрачной и такой крошечной, что легко помещалась на его ладони.
— Что это у него?
— Это… душа Королевы!
Теперь всё стало чуточку понятнее. Кехлер был не случайным духом. Скорее всего, он убил королеву и завладел её душой, а теперь и вовсе приказывал.
— Свяжи их!
И по одному этому слову всё логово ожило. Серебристые нити, до этого бывшие лишь декорацией, внезапно пришли в движение. Они вытянулись со стен, пола и потолка, словно голодные змеи.
Несмотря на защитные свойства костюмов, живая паутина опутывала их, связывая руки и ноги, обвивая шеи.
— Что это?
— Я не могу освободиться!
— Быстрее, мы должны найти брешь.
— …
Но вскоре их наполнило чувство беспомощности. Ведь какая может быть брешь, если они находятся в самом центре ловушки? Они сами сюда зашли, и их собственная глупость их погубила.
— Я не могу пошевелиться.
— Мои навыки запечатаны.
— Моя магия запечатана!
Вскоре они заметили две важные вещи. Во-первых, паутина не пыталась их раздавить или задушить. Она была как живые кандалы — её единственной целью было удержать.
Во-вторых, золотистые круги благословения над их головами, созданные Дорой, всё ещё сияли, оберегая их от любой прямой атаки призрака.
Спустя полчаса до них дошло, что ситуация откровенно плоха. Даже несмотря на то, что Кехлер не мог их убить из-за божественной защиты, а пауков, способных атаковать физически, в зале не было.
Но и они, в свою очередь, не могли выбраться из пут паутины. Они просто застряли.
— Отпусти нас!
— Нет. С чего бы? — проскрипел Кехлер в ответ. — Всё происходит согласно «его» плану!
Ярослава тут же зацепилась за эту фразу.
— Плану кого?
— Моего хозяина.
Удивительно. Кто мог быть хозяином у призрака? Первым на ум пришло знакомое «имя»:
— Рюэн?
Кехлер издал звук, похожий на сухой смешок.
— Рюэн — мой бог. Но мой хозяин — Аларик Десмонд, Первый из Мёртвых.
Слышать это имя было необычно, хоть оно и было известно всем в верхушке Цитадели, неся за собой лишь ужас и смерть.