Если бы не её форма, её можно было бы принять за изысканную статуэтку. Тогда в чём же проблема? В том, что вся команда застыла на месте, не в силах пошевелиться.
— Что это с ней?
— Она спит?
Паучиха лежала на спине, а её изящные лапки были неестественно скрючены и подняты вверх. В такой позе явно не спят.
Жрица Дора, чьи навыки позволяли чувствовать жизненную силу, лишь подтвердила худшие:
— В ней нет жизни. Королева… мертва.
— Что?
Это слово прозвучало как выстрел в тишине. Полный шок, недоумение — оно отразилось на каждом лице.
Ярослава смотрела на мёртвое тело, и в её голове возникла только одна мысль:
«Если королева мертва… то кто тогда управляет ордой?»
Некоторое время группа молча стояла, переваривая увиденное. Но они пришли сюда не для того, чтобы удивляться.
Ярослава медленно подошла к мёртвому телу, присела на корточки и внимательно его осмотрела. Главный вопрос требовал ответа:
— Отчего она умерла?
Но ни на золотом панцире, ни на лапках не было ни единой царапины. Никаких ран, следов яда или магии. Ничего. Выглядело так, будто могущественное существо просто жило — и вдруг, бах! — умерло.
Словно от сердечного приступа. Но могло ли существо такого уровня погибнуть от чего-то столь простого? Вряд ли.
— Её душа… она не просто угасла. Она была вытащена из тела, — тихо проговорила Дора.
Когда стало ясно, что на теле больше нет никаких подсказок, Ярослава протянула руку, и труп паучихи мгновенно исчез, втянутый в её пространственное кольцо.
И в этот самый момент тишину зала разорвал грубый голос, прозвучавший будто бы отовсюду сразу:
— Вы зачем это сделали?
Голос звучал так, словно их отчитывали как нашкодивших детей. Все тут же встрепенулись, лихорадочно оглядываясь по сторонам. Если есть голос, должен быть и его источник. Но источника нигде не было.
— Не нужно крутить своими головами. Я тут.
А затем он появился. Из воздуха над ними соткалась фигура. Это было уродливое существо, закутанное в тёмный плащ. Но даже плащ не мог скрыть его кошмарный облик.
То, что должно было быть лицом, было замотано грязными бинтами, из-под которых сочилась тёмная субстанция.Он выглядел как жертва чудовищного эксперимента.
И он не стоял на земле — он парил в воздухе. От него не исходило ни малейшей ауры, ни жизненной силы, ни магической энергии, словно он был призраком.
Неудивительно, что даже Марк не смог его почувствовать.
— Кто ты такой⁈
Тот не ответил, но Дора знала:
— Призрак!
— Ну-ну… не нужно так реагировать…
— …
— Вообще-то у меня тоже есть чувства. И меня зовут — Кехлер.
Вот только Дора его не слушала. Она была опытным жрецом, видела многое — и сейчас она видела нежить. Не теряя ни секунды, она сложила руки в молитвенном жесте: