— Как вы себя чувствуете дитя?
— Уже намного лучше. Правда.
— Мадам Анна, оставьте свои волнения. Да мало ли что могло у него произойти. Давайте не будем думать о плохом.
Покачивая Луизу, я говорила тихим голосом.
— Не принимайте так быстро каких-либо решений. В Париже всё будет по-другому. Надо только подумать, как мы сможем быстро туда добраться, дело-то уже к вечеру.
— Для меня очень важно, что с дочерью всё будет в порядке.
— Всё будет хорошо, поверьте.
Отец, забрав у меня ребёнка, стал спокойно отдавать распоряжения.
Когда я вышла на крыльцо с двумя саквояжами, который мне помогал нести Ивонн, дядя удивлённо спросил: о том, где я оставила все свои вещи.
— Шелка и запасы продуктов в хранилище, их доставят позже, гардероб практически весь остался в Венеции. Это всё, что у меня есть, Ваше Величество. Я же практически жила в монастыре и довольствовалась малым. Поеду верхом, оделась очень тепло, в мужском седле с Раулем. Анжелик возьмёт с собой Филиппа. Маркиза и княгиня с детьми в дормезе. Его сейчас прогревают. Семья сеньора Рикардо следом в экипаже. Все остальные верхом.
— Вы справитесь, Каталина?
Я вздрогнула. Но то, что вылетело, не вернёшь уже обратно.
— Да, дядя, — мой шёпот услышал только он. Лёгкая улыбка коснулась его губ.
Наш небольшой отряд в окружении гвардейцев, наверное, побив все рекорды, на рассвете прибыл в Париж. На улице не было так холодно, как я это обрисовала Его Величеству. Но всё же верхом и иногда хорошей рысью, это было тяжёлое испытание. Укутав брата и себя в меховой плащ, что дал отец, накинув капюшон и повязав его шарфом, в тёплых рукавицах, я по большей части всё равно доверилась Рому.
Это было время раздумий, так вот почему он называет меня как угодно, только не Кристин.
«дитя, княжна, мадемуазель»
Он не принял меня, другой. Именно из-за этого ему кажется, что вокруг обман. Неужели придётся рассказать ему всё? Насколько всё?
— Кристин, я устал. Давай сойдём на немного. Пожалуйста.
— Устал, это значит то же самое, что и «я слабак», Рауль. Посмотри на Анжелик и Антонио, как они держатся в седле. Филипп, он же не просится сойти. Смени немного позу, расслабь тело, освободи разум. Работай над собой. Если совсем невмоготу, иди к дамам в дормез.
— Нет.
— Тогда вперёд, Рауль. Детям своим будешь рассказывать, как ты ночью выбирался из старого замка, в котором лежал бездыханный труп дворецкого. А с тобой рядом на благородном арабском скакуне ехал Его Величество король Франциск I.
Мальчишка притих, вероятно, придумывая новую историю своих приключений, а может быть, просто засыпая под монотонный ход Рома.