— Я обещала сеньоре Пломмия, — Жанна нервничала.
— Ты даже не представляешь, как это важно, дорогая. Доверься мне. Ты разве не понимаешь, что её вина лишь в том, что она слишком честно и добросовестно служила нам все эти годы. Чтобы с ней не случилось, именно она помогла вырастить всех наших детей. И случилось это с ней неспроста.
— Она в ужасном положении.
Княгиня, присев в напряжении, замерла.
— Как такое стало возможным?
— Она ответила на ухаживания молодого человека, никто не знал про это. Она не должна была молчать. На одном из свиданий он её избил и изнасиловал. Она еле смогла добраться домой, потеряв сознание, долго не приходила в себя. Мы выхаживали её, всё было так ужасно, она жить не хотела. Нам удалось это скрыть от всех мужчин, проживающих в отеле.
— Мадонна. Он это сделал один?
— Я не знаю. Она в положении, готовиться стать матерью, мы снимаем для неё домик в пригороде Парижа. Она живёт там с компаньонкой, пожилой женщиной и служанкой, что ухаживают за ней.
— Адрес. Точнее.
Узнав все данные, отправила Анжелик, которая в изумлении слышала всё к шевалье Вейлру.
— Немедленно забрать Мари и отвезти в отель в Париже. Не отходить от неё ни на мгновенье, объяснить ей, что мы скоро будем в столице. Это приказ.
— Что происходит?
— Ничего хорошего, милая. Но это процесс, который уже запущен, и его не остановить.
По моему желанию мы все собрались в малой гостиной. Играя с детьми, не спуская с рук Луизу, в очередной раз слушала историю о путешествии Одиссея.
Читая вслух, Анжелик просила близнецов на карте отслеживать его путь. Элеонор, придерживая платочек возле простывшего носика, давала определённые подсказки мальчишкам.
— Отчего вы же вы им подсказываете мадемуазель Элеонор?
Княжна Анжелик была строга, очень.
— Это было для них домашним заданием. Они не читали Гомера! Опять весь день провели в конюшне.
Маркиза опустила лукавые глаза. Мне кажется или она улыбается? Впервые за все те дни, что мы в имении. В тёплом домашнем платье из тонкой шерсти цвета нежной лаванды с отделкой из красивой тесьмы, в ожерелье, что мы справили ей в Провансе, с косой до пояса она выглядела старшей сестрой Элеонор.
Скандал стал разрастаться с новой силой, разве же Филипп выдержит такое несправедливое отношение к себе! Крики их было слышно, наверное, по всему замку.
— Я старший! — Рауль, встав в позу, и двинулся на Анжелик. — А ты, просто девчонка! Ты не можешь командовать!
— Кто такое сказал? — Анжелик смотрела грозно на братца.
Луиза, обняв меня за шею, не сводила испуганных глазок со скандалистов.