— что вы творите? — шиплю я, пытаясь незаметно высвободить руку. Растягиваю губы в неестественной улыбке, дабы не дать повода для сплетен. Мало ли что принцессе и генералу нужно обсудить. — И неужели так сложно выучить обращение? Или для вас я навсегда останусь пустым местом?
На пару мгновений на его лице проступает удивление.
— А ты не думала, что мне просто нравится тебя по имени называть?
— Вот мысленно как угодно называйте. А здесь…
— Не беспокойся, Аллисандра. Я так и делаю. Поверь, у меня очень богатая фантазия, — его улыбка смягчается и больше не напоминает оскал. Еще и большой палец начинает поглаживать мое предплечье. Золото в его взгляде плавится, обжигает меня изнутри.
— Уже сто раз говорила, что ваши фантазии меня не интересуют. Рассказывайте их кому-нибудь другому. Уверена, найдется целая толпа… благодарных слушательниц.
Боги, о чем мы только говорим? А вдруг нас услышат? И хуже всего то, что я сама остановиться не могу. Можно, конечно, влепить ему пощечину, но это будет не самым дальновидным поступком. Мое положение еще слишком шаткое. А Дэлмар — народный герой. всеобщий любимец. Генерал.
Если подумать, то танец с ним выгоден в первую очередь для меня. Показать, что расторгнутая помолвка в прошлом, и у нас сохраняются дружественные отношения.
Весь Сарендал ждет единства меча и короны.
А тут я со своей обидой.
Он словно чувствует мои сомнения. Тянет в центр зала, где только начинают собираться первые пары.
— Всего один танец, Аллисандра. Посмотри, как музыканты стараются.
Я только сейчас замечаю, что в зале играет музыка. Переставляю деревянные ноги, пытаясь удержать на губах улыбку. Не драться же с ним. Это просто политика.
Политика. Политика.
Лица присутствующих гостей вытягиваются, провожая нас взглядами. Верно, Дэлмар же не танцует обычно. Наверно, думают, что его заставили. Улыбка становится какой-то истерической.
Стараюсь ни о чем не думать. Выкидываю все мысли из головы. Это просто танец.
У меня их сотни было. Плавные движения, легкие прикосновения, вежливая дистанция. После наших тренировок совершенно ничто.
— Надеюсь, вы не отдавите мне ноги, — бросаю отстраненно, когда мы оказываемся лицом к лицу,
— Очень постараюсь. Танцор из меня неважный, — говорит серьезно, но в глазах загорается насмешка. Хочу сказать что-то еще, но не успеваю — играет музыка, и он притягивает меня к себе. Вместо плавного сближения мы буквально ударяемся телами, и я сдавленно выдыхаю. Чувствую его руку, медленно продвигающуюся по спине.
— Оно и видно, — цежу я, пытаясь незаметно отвоевать хоть какую-то дистанцию. —Могу посоветовать своего учителя по танцам. Ему восемьдесят. Почти как и вам. Найдете массу общих тем.