— Морриган Сент-Пьер уже на подходе, ваша светлость, — генерал Гронов, доложив о приближении премьера у границ города, пристроился на жеребце рядом с наместником.
Его личная гвардия сформировала квадрат позади рыцарского ордена Дариуса.
— Стоит отдать им должное, — загадочно высказался министр Эршаль Буро.
Будучи низким старикашкой, он совсем нелепо смотрелся на крепком жеребце вороной масти. Еще и его наряд, до сих пор «пахнувший» торговой повозкой, совсем не сочетался с тяжелой броней скакуна. Одним словом — безвкусица.
— Ты говоришь загадками, Эршаль, стоит пояснить сказанное, — как и всегда, спокойным тоном произнес златовласый Александр. Уж этот был аккуратен как в нарядах, так и словах.
— Соглашусь с Александром, признавайся, Буро, — кивнул Гронов, пригладив гриву своего скакуна.
В неспешной поездке верхом мужчины общались, следуя через второй уровень Нефердорса. Повсюду кричали люди, восхваляя Дариуса, кто-то и вовсе умудрялся пасть на колени, но их быстро поднимала стража.
— По правилам военного перехода стоило дать солдатам отдохнуть и двинуться к нам — во вражескую крепость, ближе к обедне. Но премьер-министр так не поступила. Почему? — ухмыльнулся старик Эршаль. — Всё просто. Показать уверенность в своих силах либо… Либо это странно сделанный ход в нашей маленькой политической игре.
— Военного перехода, — повторил слова Дариус и взглянул на старого торговца. — Ты правильно охарактеризовал этот приезд, Буро. Разве не пощечина это Нефердорсу?
— Кто знает, ваша светлость, — загадочно вздохнул старик.
— Ты преувеличиваешь, Эршаль, — решил высказать свое мнение Александр. — Не будь с ними паладинов, вряд ли Сент-Пьер могла позволить себе такую оплошность. Данный поступок лишь показывает, что и премьер-министр Харвуса не может быть идеальной и недалека от ошибок.
— По мне, так происходящее — сигнал мировой общественности о крепкой связи Харвуса и ордена «Идущих истинным путем», — пожал плечами Гронов.
— Слава наместнику!
— Сла-ва-а-а!
Народ распалялся.
Дариус в ответ махал тканевой рукавицей, легонько кивал, улыбался. Самый настоящий любимец народа.
Но переход на первый уровень показал совсем иной полюс отношения народа к наместнику. Крики радости и возгласы одобрения стихли, атмосфера разительно изменилась, больше никто не возносил наместника в речах, не нашлось и тех, кто припал бы на колени. Тысячи затравленных глаз сопровождали Дариуса и мужей, его сопровождавших. Кто-то из людей сжимал кулаки, другие бормотали проклятья. Политика наместника была прекрасна, пророчила богатство и процветание для всех. Всех живущих на втором и третьем уровне. Сделать всех счастливыми не вышло…