— А солнце нам и не нужно, — хмыкнул Аполлон.
— В каком смысле? — не понял Зархан.
— Кристаллы. Разве не помнишь, какое количество мы закупили? Используем их. Растениям для синтеза нужны фотоны. Вот кристаллы их и дадут, а с их синим оттенком, результат будет еще лучше, чем от солнечного света.
— Э… Фо что… Ты уверен?
— Абсолютно. Обустроим здесь свет, сбалансируем температуру и доступ воздуха, и дело в шляпе. Останется только следить за влагой, но как я понял: река рядом, так что доступ к воде неограничен. Даже кристаллами можно не пользоваться. В общем, давай приступим…
— Только из-за того, что ты проработала здесь три года, я не буду докладывать ректору, Марта.
Штрук был не в настроении, пропавшие драгоценные ингредиенты из лаборатории стоили десятки золотых.
И кто, если не лаборантка, мог украсть их?
— Но магистр, я ничего не крала! Используйте на мне заклинание правды! — возмущалась Гольштунг над сырыми обвинениями старика.
Однако позиция Штрука была непреклонна, к тому же Клаус упросил его предоставить место лаборантки своей троюродной племяннице, так что сейчас нашелся отличный повод уволить Марту. Если бы, конечно, она раздвигала перед ним свои белокожие бедра, то старик бы еще подумал, но эта ведьмовская сучка строила из себя невесть кого.
— Марта-Марта… Ты же знаешь, я не могу использовать заклинание из-за отката, — подошел магистр вплотную к старшекурснице и положил свою морщинистую ладонь ей на щёку. — Какая же ты всё-таки хитрая девочка.
Та отпихнула его руку и злобно уставилась в похотливые старческие глаза, показывая абсолютную неприступность.
Штрук недовольно хмыкнул, потер пальцами отброшенную ладонь и сухо заметил:
— Я дал тебе шанс. Но как вижу: работа в лаборатории для тебя не так и важна.
Он развернулся и, стуча каблуками ботинок, отправился на выход, но, остановившись перед винтовой лестницей, напоследок добавил:
— Если передумаешь, ты знаешь, где меня найти. Я подам документы через два дня. Так что…
— Разбежалась, — грубо прервала его Гольштунг. — Прощайте, магистр!
И торопливым шагом, обогнав Штрука у лестницы, она покинула лабораторию, даже не прихватив свой сиреневый шарф.
— Стерва. Надеюсь, племянница Клауса будет куда сговорчивей…
Недовольная Гольштунг вышла из лаборатории и направилась в холл академии.
— Привет, Марта, — поздоровалась одна из сотрудниц, встреченная в коридоре.
— Привет.
— Доброе утро, Гольштунг. Чего такая хмурая? — встретился ей по пути пузатый старик с соколиными бровями и неприятным взглядом. В одной руке — журнал класса, в другой — сумка, схожая с портфелем для документов.