— А-а-а-а…. — бегут глаза по потолку в поисках правдоподобной версии.
— Короче, я тебе не тёлка по карманам твоим шариться, усёк? Ещё раз отсветит тема курения…
Многозначительно с угрозой замолкаю. Потому что, продолжения я пока не придумал. Не лупить же? Несерьёзно это. Сам таким был, к тому же….
— Так вот. Опека намекнула, что если семья наша будет полной, то шансов отвоевать вас на суде будет сильно больше. Вера Пална согласилась нам помочь. У неё тоже сложная ситуация… В общем, мы фиктивно поженимся. Жить будем как соседи в общежитии. Но здесь, у нас. Соседи добрые! — с выражением наставляю я.
Переглядываются.
— Ну, Вера Пална, так Вера Пална, — покладисто кивают друг другу.
— Есть и неприятные нюансы. Вы переезжаете в одну комнату, освобождая вторую для девочек.
— Э-э-э! Есть же гостевая! Нет! Пап! — наперебой возмущаются они.
— Гостевая маленькая. Жить там будет Вера. А её дочерям — вторая комната.
— А без этих…. никак? — закатывает глаза Мирон.
— Язык придержи. Они не «эти». Они Ира и Алина. Ваши сестры на ближайшие два года, пока Мирону не исполнится десять. И он не сможет сказать свое мнение в суде — с кем ему жить. Усекли?
— Угу…. — недовольно.
— Потерпите, в общем. И давайте, «камень, ножницы, бумага» — чья комната уходит в фонд девочек. И вообще…. Мы же мужчины, девочек должны принять на пятерочку и быть джентльменами. Генеральную надо сделать.
— Уууу… — недовольно стонут они. — А ты куда, бать?
— А я заявление подавать.
— Она хоть зачётная? Вера эта твоя, — доедает шаурму Яр.
— Да добрая вроде. Книжки пишет.
— О-о-о-о… Творческая мать — горе в семье!
— Мать-шкура — это горе в семье. А книжки — дело хорошее, — тихо цежу я.
— Ну, так-то, да…. — философски изрекает Ярик.
Мирон не помнит ничего, а Яр прекрасно помнит, как их мать себя вела. Бросала его по чужим людям, пока я на севере был, не кормила, лупила. Сама шлялась, бухала. Беременная… Мирон родился, я вернулся и забрал их. Её выставил. Спустя годы типа «одумалась», привела себя в порядок, замуж вышла. Ещё родила. Иск в суд подала, что я детей похитил и препятствовал видеться с матерью несколько лет. Настраиваю детей против нее, сочиняю небылицы и внушаю их детям. Сука. Да только сейчас ничего не докажешь…. Слово против слова. А показания Яра не учитывают. Типа маленький был, не может помнить, да и я «настроил». Такая вот нездоровая херня.
— Собаку покормить не забудьте.
— Да он нам ногу отгызет, если забудем, — фыркает Мирон.
— Р-р-р-р-р! — напоминаю ему.
— А я может фганцуз…. — картавит он. — Чо вы меня пегеучиваете? Это как его?…. Негуманно.