— Доложить, — исправил кончанский, проявив недюжинное терпение. — Что у тебя?
— Дык ыть рисовал я его уже, покойничка-то этого.
Радомир Твердиславич поднял на художника тяжёлый взгляд.
— Когда?
— Дык на той седмице вроде, — повёл плечом парниша. — Токма на том ормяк был молью потраченный, а на этом опашень приличный.
Кончанский сдвинул брови. Что за чушь, как Харитон мог уже рисовать труп, который привозили раньше? Да ещё в другой одежде? Небось опять попутал что-то. Но сама мысль была странной, а Харитон при всех его недостатках совсем-то уж чуши не порол.
— Чеснура-а-а!!! — проорал Радомир, заставив художника подпрыгнуть и треснуться головой о притолоку.
Из глубины управы послышался топот, и Харитона на пороге потеснил рыжий молодчик, весь рябой от веснушек.
— Тут, ваше возглавье!
— Посмотри, что там Харитону примерещилось. Говорит, на той седмице похожего покойника рисовал.
— Так точно, ваше возглавье! — Чеснура поклонился, потом схватил Харитона за шиворот и уволок. Радомир Твердиславич понадеялся было, что на этом о похожих покойниках можно забыть, но судьба распорядилась иначе.
Спустя полчаса Чеснура явился пред начальственные очи с двумя набросками на дорогой и неестественно белой архивной бумаге. На одном стояла дата от прошлого вторника, а на втором — сегодняшняя. Воротники одежды и правда различались. Но Радомир Твердиславич блюл порядок в своём конце не первый десяток лет, а потому сразу выхватил с листов облик покойников. Похожи они были и правда как с одного лица рисованные.
— Близнецы, что ли? — пробормотал он. — Первого определили уже, так ведь?
— Говорят, Мирошич с Большой Кусманной, его там и нашли, в овраге.
— А сегодняшний?
— Этого не знаем пока, Прокша на месте соседей опросил, не признал никто, теперь вот с рисунком пойдём искать.
Радомир Твердиславич отпустил подчинённых и вернулся к составлению отчёта для князя Тишменского. Хорошо бы эти двое трупов оказались просто случайно похожими, ну или, может, и правда братьями. Чего только не случается, но потом проходит, забывается…
Не забылось.
⟡⋄⟡⋄⟡⋄⟡⋄⟡
— Ну что у вас за беда? — процедил через губу Яросвет Чудин, сбрасывая забрызганный грязью дорожный опашень прямо на пол. Чеснура пронаблюдал за падением, не двигаясь с места, а потом поймал на себе взгляд высокого начальства из столицы и понял, что опростоволосился: надо же было ловить!
Под этим взглядом ему захотелось поёжиться: Чудин хоть и не тянул на чудь белоглазую, но на его загорелом лице да из-под тёмных волос глаза горели обжигающим холодным синим. Само лицо Чудина было на удивление отталкивающим: щёки, покрытые оспинами, мясистый нос с ложбинкой и почти никакого подбородка. Вроде по-отдельности такое часто встретишь, а всё вместе — ну как есть леший! Чеснура с трудом подавил желание осенить себя защитным знаком.