Мысленно собравшись, начал тасовать карты, вихрем летавшие у меня в руках.
Лица парней вытянулись в недоумении. Видимо Сережка доселе такими талантами не блистал.
Еще больше их лица вытянулись, когда через час я отыграл свою десятку. Однако, как только начал выигрывать их деньги, Витька бросил свои карты на стол и громко произнес:
— Парни, здесь что-то нечисто, Ерема мухлюет. Не может он все время выигрывать!
— Точно,- угрюмо согласился с ним Колян, потерявший весь вчерашний выигрыш.-Ерема, сучий потрох, мухлюет!
Геша, только и ждавший этого момента, молодецки размахнулся, намереваясь ударить меня в лицо. Но я, не теряя времени на замах, ткнул ему кулаком в подбородок и Геша вместе чурбаком опрокинулся на песок.
Два оставшихся игрока кинулась на меня и, следующие пару минут мы катались по земле, награждая друг друга тумаками. Человек шесть, наблюдавших за игрой отскочили к стене и оттуда подбадривали своих приятелей. Я, пытаясь подняться, проклинал Сережку, доведшего свое вполне здоровое тело до такого жалкого состояния. Но все же, в какой-то момент, удалось встать на ноги, и после этого дело пошло лучше. Когда после моего очередного удара Старков улетел под стол и, остался там лежать, драка прекратилась сама собой.
Мы стояли, тяжело дыша, и глядели друг на друга. Из носа у меня текла кровь, а левый глаз начал заплывать. Тут из угла, где сидели домовые, донесся шум. Я сдвинулся, чтобы посмотреть, что там происходит, и увидел, как Ефимка лупит веником-голиком лежащего на животе Андрона.
От неожиданности меня разобрал смех и, сразу из разбитой губы ручьем побежала кровь. Я начал вытирать ее рукой, размазывая по лицу, продолжая смеяться.
Парни испуганно переглянусь и гурьбой ринулись к дверям. Было слышно, как они на улице орут, что у Еремы поехала крыша и сейчас он будет всех убивать…
Я растащил домовых, продолжавших колотить друг дружку и уселся за стол, держа их за шкирки.
Ефимка висел спокойно, а вот Андрон крутился, щелкал острыми белыми клыками и угрожал всяческими карами.
Но когда я коротко сказал, -развоплощу! — домовой затих и больше не рыпался.
Чем меня очень удивил. Сейчас, если судить по источнику, мне было очень далеко до звания экзорциста Атаманского полка. Но, видимо, в голосе еще оставались прежние нотки, заставляющие трепетать среднеуровневую нечисть.
Тем не менее, ссору домовых я прекратил и разогнал их по домам. Когда вышел из сарая, берег был пуст. Характер Павлины Поликарповны знали все односельчане, поэтому парни не горели желанием попадаться ей на глаза. Никто из них не сомневался, что бабушка выпытает, кто наставил мне синяков и отправится разбираться с обидчиками.