Он криво усмехнулся, припоминая былое.
— Главное — убедитесь, что им можно доверять, — очень серьезно посоветовала я. — На кону наши с вами жизни. И если вашей вы можете не дорожить, к своей я как-то уже привыкла.
Господин Сташевский от моего здравого совета лишь отмахнулся, у меня же из головы никак не шел тот самый пожар в типографии. Но поскольку предпринять я больше ничего все равно не могла, пришлось положиться на его «знакомцев».
Чтобы не маяться впустую от ожидания, я решила заняться реализацией обещанного. Для начала — позаботиться о матери Ярека. Женщина выглядела плохо, но не ужасающе, и я искренне надеялась поставить ее на ноги.
Найти врача, что согласился бы отправиться к больной в трущобы, оказалось не так легко, как я и предполагала. Знахари и травники мне без надобности, их услуги и довели бедняжку до подобного состояния, а приличный специалист с образованием кривился и фыркал при одном упоминании бедного района.
Но я не сдавалась и пошла самым простым и рискованным путем: заглянула в школу и попросила совета у господина Белоярского.
Он человек образованный, вращается в самых разных кругах. И трущоб не чурается, и на приемы градоправителя ходит. Наверняка знает таких же, как он, лишенных предубеждений лекарей.
Господин Белоярский выслушал мои доводы, покивал согласно, с сочувствием, и выдал адрес некоего Савеловского. Мол, приличный человек, недавно практику завел, но пациенты отчего-то не идут.
Оказавшись в приемной господина Савеловского, я быстро поняла — отчего.
Он был неприлично молод. Едва ли не моего возраста, может, чуть старше. Короткая бородка клинышком не добавляла ему лет, только придавала некоторую задорность и отдаленное сходство с горным козликом. Но зато отказываться осмотреть больную в сомнительном квартале он не стал, сразу подхватил чемоданчик и поспешил за мной.
Ярек был на дежурстве, дверь нам открыла его малолетняя сестренка. «Матушка снова в беспамятстве», — сообщила она буднично и потопала к отгороженной ситцевой занавеской постели.
Господин Савеловский ничуть не смутился убогостью обстановки. Думаю, и хуже видал. Раскрыл чемоданчик, выудил трубочку стетоскопа и принялся осматривать пациентку, одновременно тихо расспрашивая малышку о подробностях заболевания. Давно ли ее матушка занемогла, сильно ли мерзнет, нормально ли спит.
Я наблюдала от дверей, ожидая вердикта. Мне ведь оплачивать не только услуги врача, но и лекарства, а также договориваться о последующих посещениях. Ну и мало ли кому в округе тоже нужны услуги целителя. Абсолютно здоровых в трущобах нет: у кого цинга, у кого зубы гниют, кто с голоду пухнет. Тут, конечно, не порошки с припарками, а скорее деньги нужны, но с этим я всем подряд помочь, к сожалению, не могла.