— Итак, новые новости – с сегодняшнего дня у нас в коллективе прибавление. Варвара Алексеевна, встаньте!
С места поднялась высокая худая женщина лет сорока.
— Прошу любить и жаловать – наш акушер-гинеколог дородового наблюдения, — улыбнулся Дмитрий Борисович, отчего его суровое лицо преобразилось, выдавая доброту. — И ее верный Санчо Панса – наша акушерка Екатерина Владимировна.
Катя поднялась, чувствуя, как от обращенных на нее взглядов лицо и шею затапливает жаром.
— Обе эти дамы весьма опытные, и если вам вдруг приспичит родить на рабочем месте, то смогут оказать помощь, — пошутил заведующий, — садитесь.
Дальше планерка пошла по ранее намеченному плану. Обсудили пациентов, что оставались в хирургическом стационаре под наблюдением, план на ближайшую неделю, а затем была дана команда разойтись по рабочим местам.
Катя вскочила, стараясь не выпускать из виду Варвару Алексеевну, и тут же столкнулась с кем-то, кто также двинулся к выходу.
— Ой, извините! — пробормотала она, поднимая голову и замирая – перед ней стоял Григорий, от которого она пять лет назад родила свою чудесную дочку.
— Ничего страшного! — мазнув по ней равнодушным взглядом, врач шагнул в сторону и направился к выходу, задумчиво глядя в экран телефона, оставляя побледневшую девушку за спиной.
Может, она обозналась, и это не он? Тогда этот парень выглядел немного толще и не так холено, а сейчас же представлял собой образчик сексуальности – высокий, спортивный, с модной стрижкой – не мужчина, а мечта!
— Кто это? — спросила она подошедшую незаметно Зинаиду Антоновну.
— А, это наша звезда – сосудистый хирург Григорий Плотников. Тетки от него в восторге. Но ты смотри, он такой… непостоянный. Говорят, его бросила чуть не в ЗАГСе невеста, и с тех самых пор к женщинам этот красавец весьма пренебрежительно относится. Проще сказать, трахает все, что движется, а наутро имен не помнит. Так, но это строго между нами! Ты девушка серьезная, я не думаю, что влипнешь, но кто предупрежден – тот вооружен.
Катя медленно вышла в коридор, глядя, как Гриша уцепил какую-то девушку, судя по цвету костюма медсестру, за локоток и что-то нашептывал той, склонившись к уху, а девица рдела и смущенно хихикала.
— Блядун какой! — зло пробормотала она под нос и осеклась, встретив удивленный взгляд главной медсестры. — Не люблю таких! — пояснила тут же.
— Вот и славно! — ответила ей Зинаида Антоновна. — Значит, Катюша, ты в его сети точно не попадешь. Да и предпочитает он брюнеток, а ты совершенно не в его вкусе.
— Чудесная новость! — едко заметила Катя и выхватила взглядом из толпы Варвару Алексеевну. — Могу я идти? Хочу осмотреться до начала приема.