— Папенька её не торопит, он просто рад, что она дома. Да и я тоже.
Почти все пленники Запретного города вернулись домой. Говорят, не обошлось без конфузов. Кое-кто, лишившись второй половины, умудрился вступить в брак заново, а кое-кто успел при живом отце даже растратить наследство.
— Да уж, — проговорила я, испытав смешанные чувства.
Закрытие Разлома было правильным, было необходимым, — так утверждал разум, а сердце продолжало тосковать по пламени.
— Ты… — голос Гэли сорвался, и она все же взяла с подноса бокал и сделала глоток. Князь продолжал принимать делегацию послов. Кошка Вьера смотрела на толпу придворных горящими глазами.
— Ты не видела Мэрдока? — в замешательстве спросила подруга.
— Нет, а разве он не… — Я огляделась.
— Нет, его здесь нет. — Гэли вздохнула и пояснила: — Последний раз, когда мы виделись, он известил, что удаляется в поместье. Сказал, что на нём теперь долг перед банком за обучение в Академикуме. Долг, которые ему дали под его магию, которой больше нет. — Подруга опустила голову. — А посему он считает себя не вправе наносить мне визиты, не говоря уже о большем, пока не сможет соответствовать моему уровню, а не поправлять свое материальное положение за счёт женитьбы на богатой невесте. Сказал, что один раз уже пошёл на сделку с совестью, и ничем хорошим это не закончилось. — Голос подруги стало очень грустным.
Я вздохнула. Я могла бы назвать Хоторна глупцом, но… Это же Хоторн. Трудно ожидать от него чего-то иного.
— Тебе придётся набраться терпения.
— Если бы только мне, — вздохнула Гэли, — есть ещё и папенька. Хотя… — Она смогла улыбнуться. — Теперь, когда маменька дома, надеюсь, он будет думать о своих собственных наследниках, а не о моих.
— Девы, ещё год назад такой разговор был бы невозможен, — рассмеявшись, заметила я. — Многое изменилось.
— Слишком многое, — эхом откликнулась подруга.
— Леди, — услышали мы голос, обернулись и тут же присели перед будущей княгиней.
— Миледи, — поприветствовала я невесту князя.
— Просто, Цецилия, прошу, — проговорила степнячка, хотя сейчас в лимонном наряде с уложенными в высокую прическу волосами она мало напоминала ту женщину, что мы встретили в Первом форте.
— Боюсь, мы не можем, миледи, — ответила Гэли. — С вашего позволения, миледи, отец хотел представить меня бургомистру Льежа, а и так непростительно заболталась, — пробормотала подруга и, не услышав возражений, исчезла в толпе придворных.
— Теперь всегда так будет? — со вздохом спросила невеста князя, проводив ее взглядом.
— Всегда. Простите… — начала я, но увидев, что целительница подняла брови, исправилась, снова переходя на «ты»: — Прости, Цецилия, но разве твое место не там? — Я посмотрела на князя, беседующего с коротко стриженным тиэрцем. За его спиной навытяжку стоял Лео, снова надевший серый плащ и снова служивший своему князю.