Придя к такому заключению, де Вега уселся на некое подобие кровати, прикрученной к полу, и стал ждать.
Часа через два послышались шаги. В окошечко заглянул один из давешних троллей и, не обнаружив ничего подозрительного, открыл дверь. Граф встал со своего ложа и галантно поклонился вошедшей Анни де Шале.
— Придете за мной через полчаса! — приказала она троллю. — И не сметь подслушивать!
— Слушаюсь, госпожа! — угрюмо кивнул тролль и, затворив дверь, удалился, тяжело шаркая ногами по полу.
— Ну вот мы и снова встретились. — Анни осмотрела камеру и недовольно сморщила носик. — Правда, обстоятельства оставляют желать лучшего…
— Что верно, то верно, графиня… Пришли позлорадствовать?
— Вот еще, — обиделась Анни. — Пришла объясниться!
— Ну что ж. — Де Вега сел обратно на кровать. — Объясняйтесь!
Анни улыбнулась.
— Вы все тот же… никогда не теряете самообладания! Как мне это в вас нравилось, вы не представляете!
Граф вопросительно поднял одну бровь, но из-за недостатка освещения его недоумение осталось незамеченным.
— Просто я хотела вам сказать, что вы сами во всем виноваты! Да-да — именно вы во всем виноваты! И не улыбайтесь. — Анни рассердилась. — Я ведь знаю, вы улыбаетесь!
— Я не улыбаюсь, — сказал де Вега, которому сейчас было совершенно не до улыбок.
— Если бы вы меня тогда не бросили, граф, то я не стала бы тем, кем я стала!
— А кем вы стали, дорогая графиня?
— Чудовищем!
— Ну зачем же так строго, вы всего-навсего предали Корону и своего короля. И не более. Вас можно назвать предательницей, изменницей, перебежчицей, но никак не чудовищем…
— Вы все смеетесь… Глупо в вашем положении.
— Я же вам сказал, я не смеюсь. И кстати, я вас не бросал. Между нами никогда не было серьезных отношений!
— Это вы так думаете. Вы никогда не умели читать в моем сердце! А ведь я так никого больше и не полюбила, а все эти истории, и с вашим мальчиком Арчи в том числе, — просто скука, мимолетное развлечение… Впрочем, не важно… уже давно не важно… слишком поздно. Уже завтра армия князя захватит дворец. Князь собрал установку, и я ему в этом помогла… Отныне никто не сможет проникнуть в Столицу! Если вы еще этого не раскопали, то я сообщу: установка дает власть, великую власть. Мы уничтожим «нелюдей», всех, до единого. Мы очистим город от скверны. А потом с помощью установки наведем порядок во всем мире. А несогласных с новыми правилами придется уничтожить, но не думаю, что их будет слишком уж много.
«А ведь она права, — подумал де Вега. — Много ли найдется желающих сопротивляться?»
— А вы, граф, вы же умный человек! Вы должны быть с нами! Еще не поздно, только дайте ваше слово чести, я знаю, вы его не нарушите! Ну, поклянитесь же, и через пять минут вы будете свободным!