— Эральд… отличался… Довольно сильно отличался от прочих королей из дома Сердца Мира. За его спасение были отданы две жизни — королевы и маршала. Он мир покинул чудом, вернулся шагом через ад… Был очень… несредней личностью… Вот тот свет, что горел в нём — не просто благость, о которой писали в хрониках, я уверен. Много в нём было… и я понимаю, что ваши упыри имеют в виду, говоря, что Эральд всё при дворе испортил.
Капелька чёрной крови, как слеза, стекла по его щеке. Лео вспоминал — и я понял, что ему ужасно больно до сих пор.
— Они его сожрали, конечно, — продолжал Лео. — Эральд просто не мог долго бороться в одиночку против всех. Джинеру пережил только на два месяца… и сердце у него остановилось в какой-то момент. От постоянной боли, я думаю. Эральд не годился в короли, во всяком случае — в короли Святой Земли, — в голосе Лео появилась такая тоска, что мне стало не по себе. — Ему нужно было стать страшным, пока была такая возможность. Устроить бойню среди элит. Смертельные чистки. А он до последнего верил, что сможет кого-то переубедить…
Глейза всхлипнула.
— А я бы мог! — сказал Лэрик с тихой, но явственной яростью. — Стать страшным. Резню. Только я же один! Я тоже один! Я даже больше один!
— Со мной, — сказал я.
— Вот что, — Лео снова тронул зеркало, и стекло колыхнулось, как зеленоватая вода. — Пока мы говорим не об этом. Мы говорим о благости. И я пытаюсь объяснить, что ваша благость, королевское чудо — такой же дар, как некромантия у Валиена. Что она не предусматривает ни доброты, ни душевных сил, ни особо прекрасных человеческих качеств. Эральд не мог убить, никак, никогда, не мог отдать приказ, не мог эту мысль в голове уместить, а Лэрик уже готов идти в рай в крови по колени — но у обоих королевское чудо, благость, эта местная особенность. И всё. Некромант может быть героем или подонком. И король Святой Земли может быть кем угодно! У принца Бриана почти не проявлялось королевское чудо, дорогие дети, но он был принц Святой Земли — и его обожали женщины. Женская любовь, да. Доверие лесных тварей я тоже не стал бы исключать. Но он убил Эральда Первого, убил королеву Амалию, убил отца Сэдрика и устроил то, что мы все сейчас наблюдаем в Святой Земле… был катализатором, по крайней мере. Ещё вопросы есть?
— Что ж мне делать? — спросил я. — Полный кошмар ведь, да? Никакой святости нигде же, да? И в них нет… а Лэрика убьют же?
— Думаю, пока Лэрику ничего не грозит, он наследный принц. Пока леди Вирелла или леди Глейза… или, в идеале, принцесса Ильсора не родят мальчиков, Лэрик в относительной безопасности, — сказал Лео. — Если, конечно, он не начнёт провоцировать клир, как Эскель.