Честно говоря, в тот момент чуть кофе не поперхнулся.
— Натали, ты за чистую монету мои слова приняла? — удивленно посмотрел на свою компаньонку. — Это же из сказки! Никто превратить человека в другое существо не в силах.
— Точно? Что-то в этом не уверена, от тебя всего можно ожидать, — усмехнулась баронесса. — Кати на бал так и отказывается идти?
— Да, госпожа Островская проводит все время у отца, — подтвердил я.
После того, как мою подругу чуть силой не заставили выйти замуж и в этом сыграл не последнюю роль ее родитель, девушка сильно изменилась. Отца она простила, да тот и не был виновен, сам не понимал, что делает. Хотя, если правильно я в его аурном слепке разобрался, то это не совсем так. Матвей Андреевич надеялся, что выйди его дочь за Веденеева и ей окажется лучше, чем со мной. Ну, в какой-то степени его понимаю. Статус у Кати сомнительный, когда та со мной. Незамужняя девица, не соблюдающая правила приличия в обществе и ночующая в доме мужчины, который проживает со своей компаньонкой? Слухи и сплетни вокруг нас все время пытаются вспыхнуть, что тот пожар. Но наши с баронессой влиятельные знакомые им не дают разгораться. Да и обходительное отношение к Сухоревой со стороны великого княжича не осталось незамеченным. Против Максимилиана нет желающих выступить и его имя потрепать.
— Саша, ты не печалься, у вас все наладится, — вздохнула Натали и присела на подлокотник кресла, стоящего напротив меня.
— Посмотрим, — неопределенно ответил я и уточнил: — Лучше расскажи, чего так нервничаешь?
— Не представляю, чего от великого княжича ожидать. Мало того, что там его как бы невеста будет присутствовать, так еще он мне запретил танцевать со всеми кроме себя и тебя, — Натали вздохнула, а потом хихикнула: — Нет, вру, он еще говорил, что позволит покружить меня в танце тому, из кого песок сыплется.
— И чего тогда нервничаешь?
— А то, что он мне предлагал посмотреть картинную галерею, а потом полюбоваться на звезды, — отвела взгляд моя компаньонка.
— Последние где будут сиять? На небе или в глазах? — хмыкнул я, а потом добавил: — Передай своему кавалеру, что не посмотрю на его могущественный клан и кое-чем он долго не сможет заняться.
— Фи, Саша, что за выражения, это моветон!
— С чего бы? Подумаешь, пары зубов лишиться и какое-то время будет есть только кашку, — хмыкнул я, наблюдая, как к щекам баронессы прилила кровь. — Натали, а ты о чем подумала-то?
— Ни о чем, — мгновенно ответила та.
Она и сама до сих пор не в силах с собой совладать. Ее тянет к великому княжичу, словно мотылька на огонь. Боюсь, сгорит дуреха в огне страсти. И как так получилось, что стала мне чуть ли не сестрой? Одна надежда, что за время моего отсутствия от пациентов не будет отбоя и ей не останется времени на глупости. А бал в честь приезда японской принцессы, как-то плавно перетек в танцы Максимилиана и Натали. За их парой следили и перешептывались, удивлялись, но помалкивали, а если и обсуждали, то шепотом. Сама же Минако к такому осталась абсолютно равнодушна. Предпочла общение с великой княжной, а вместе с ней они засыпали вопросами Вертлугину о недавней операции на глазах профессора. Филипп Генрихович полностью оправился, утверждает, что в молодости такого орлиного взгляда не имел. А еще на этом балу не удалось уйти от допроса господину полковнику. Его тоже Минако и Софья в подробностях расспрашивали, что произошло, когда я его в госпиталь отвез. Правда, все это длилось первую половину бала, а потом подруги взяли в оборот меня. Первой подошла японочка и со вздохом пожалилась: