— Господа! Завтра Болгария присоединится к России в войне с Османской империей. Нам приказано перейти завтра поутру границу и двигаться на Одрин [1] . Нам предстоит его взять и оттуда развивать наступление в сторону Царьграда.
Произнеся эту краткую речь, генерал тут же размашисто перекрестился.
— Ну вот и закончился этот противоестественный союз с османами! — прошипел кто-то из штабных, пока Бояджиев молился, развернувшись к иконе — списку с Афонской Богородицы Троеручицы. Генерал на шепот за спиной внимания не обращал, помолившись: кратко, но горячо и искренне, генерал развернулся к своим подчиненным и произнёс:
— Господа, наш план действий, следующий…
В шесть утра следующего дня, пятнадцатого марта, Климент Бояджиев с невысокого холма наблюдал за выдвижением колонн его армии. Первыми за линию условной османской границы ушли кавалерийские разъезды. Генерал зябко ежился: утром еще очень темно и очень холодно, но дорогу осилит идущий: сейчас надо было отправить конницу, чтобы навести у Одрина шороху. Например, блокировать город и не дать подойти подкреплениям, пока к укреплениям не доберется болгарская пехота. Его армия штурмовать Одрин (Эдирне) не будет: как только подойдет пехота кавалерию отправят на Стамбул в далекий рейд, но сами снимутся и передадут позиции Второй армии, которая сосредоточилась в Пловдиве. Вторая и будет штурмовать город — на осаду Адрианополя времени планом наступления, которого по настоянию русского царя назвали Операция «Кирдык [2] », отводилось не более недели. Извините, что сделаю небольшое отступление от темы, но назвать так военную операцию Петру (императору Михаилу II) подсказал дух его друга и соратника Якова Брюса. У этого товарища царя и при жизни юмор оказывался довольно мрачным, а после смерти и говорить нечего.
Надо сказать, что приказ пройтись по османам пришёлся в болгарской армии по душе не только солдатам, но и большинству офицеров. Им долгое время претило воевать плечом к плечу со своими заклятыми врагами. Экс-царь Фердинанд тут дал маху, не учитывая мнение своих подданных. Надежды царька на то, что за эту помощь им отвалят и кусок от Сербии, и от Турции были несколько наивны. Может быть, что-то дали бы отщипнуть, но не так уж и много, и точно не от османского государства. А вернуть себе хотели много чего, да тот же Одрин, например! Впрочем, не надо быть наивным и переоценивать патриотизм болгар и их любовь к русским и России. Если бы царь не наступил на брыжейку местной аристократии, в первую очередь, крупным землевладельцам, которые и были самыми богатыми людьми государства, сидел бы на троне и правил до очередного кризиса или поражения в войне, которое было не за горами.