Его вершина, до этого скрытая, теперь отчетливо виднелась, извергая в небо густой, черный столб дыма. Этот дым, казалось, был живым, он клубился, извивался, поднимаясь все выше и выше, пока не растворялся в свинцовом небе. По его склонам, из трещин и расщелин, стекали тонкие струйки сизого пара, а иногда, в ночной тьме, можно было увидеть слабые отблески красного, словно в глубине горы билось огромное, злобное сердце. Вулкан дымился, он жил, и эта жизнь была жизнью Аша.
Мы остановились на краю выжженной равнины. Впереди, за километры от нас, возвышалась гора Аша — огромная, зловещая, полная скрытой ярости. А под ней располагался Некрополис. Дошли.
Я привстал на стременах, разглядывая город. Кобыла не хотела стоять на месте и недовольно фыркала. За моей спиной замерла вся армия — тридцать тысяч человек, гномов и эльфов, изможденных долгим походом, но готовых к последней битве. Воздух здесь был особенно тяжелым, густым, пахнущим серой, пеплом и чем-то еще, более мерзким — смрадом разложения, который, казалось, исходил из самого камня. Дерьмовое место. Сравнять бы все с землой, засыпать солью. Как римляне поступили с Карфагеном. Который должен был быть разрушен.
Стены Некрополиса производили впечатление. Они были какими-то нереально высокими, сложенными из огромных, грубо обтесанных блоков черного камня, каждый из которых весил не меньше наших осадных орудий. Они поднимались вверх, казалось, до самого свинцового неба, их зубцы, острые и неровные, походили на клыки какого-то исполинского, мертвого зверя. Через равные промежутки на стенах возвышались массивные башни, их вершины были увенчаны катапультами и баллистами.
Но самым ужасным было не это. Вся поверхность стен была украшена пиками. Сотни, копий, на каждой из которых, словно жуткие украшения, были надеты мертвые головы людей — мужчин и женщин. Их иссохшие лица, с пустыми глазницами, искаженными гримасами боли и отчаяния, безмолвно взирали на приближающуюся армию, словно пытаясь предупредить нас о том ужасе, что ждал нас внутри. Этот жуткий декор говорил о том, что Аш не просто хотел победить нас; он хотел сломить наш дух, посеять панику, заставить нас сдаться еще до начала боя.
На стенах, между пиками, я различал силуэты. Там стояли закованные в обугленные доспехи Пепельные Рыцари, их пустые глазницы светились тусклым красным. Рядом с ними, вытянутые, тощие фигуры скелетов, их костяные руки держали луки и копья. Иногда, среди них, я замечал массивные, неповоротливые Обсидиановые Колоссы. Последних было мало — мы их здорово проредили.