— Град себе строю на реке Нарве, да и хочу, чтобы вы в Константинополе купили мне двадцать доспехов ромейских катафрактариев, столько же щитов их и шлемов с мечами.
— Лихо, — присвистнув, произнес Горисвет.
Дядька же молчал и обдумывал услышанное, все-таки риск есть, но и куш будет хорош.
Пока дядька думал, мы с братами болтали ни о чем. В основном они выспрашивали о строящемся граде и зачем столько доспехов, ведь это же целое состояние.
— Согласен, — махнул гривой волос дядька. — Уж больно лепый товар, ни у кого такого никогда не было, только покажи, как ты этот светляк зажег, да объясни еще разок.
Я же махнул рукой на открытый ларец со светляками, и мы с дядькой начали учебу, я доходчиво все объяснял, а после показывал, как активировать светляки. Родичи тоже попробовали, да не по одному разу. Дядька часто переспрашивал и уточнял, все делая вдумчиво и скрупулёзно. Ведь на кону стояли не только большие деньги, но и, возможно, его жизнь, от случайности и глупости никто не застрахован.
— Дядь. У меня еще одна просьбишка есть, пустячная, но для меня важная, самому же ради нее в Константинополь плыть не с руки, подсобишь?
— Эка,— только и произнес Колояр, с ухмылкой на меня уставившись.
— В Константинополе есть монастырь Гастрия, расположен он на южном склоне седьмого холма. В монастыре сем есть протоирей Пелит, вот ему и надо письмо передать, — и я протянул дядьке письмо, что еще в том году для меня написал настоятель храма в городе Мелитене.
— Письмецо передать — то невеликая просьбишка, — прогудел дядя.
— На словах скажи, что сие письмо было писано для твоего племянника, и он очень интересуется буквицей, о которой идет речь, а также верой ромеев.
— Да как же так?— вскинулся Колояр, с неудовольствием на меня глядя.
— Да не нужна мне их вера окаянная, — воскликнул я. — А вот буквица та нужна, а это просто слова, чтобы их заинтересовать да чтоб прислали мне сюда учителя. Очень уж нужна мне сия буквица.
После моих слов дядька нахмурился, но не перебивал, и я продолжил:
— Так вот, хотел бы я ее освоить, но сам приехать не могу, так как ныне под моей рукой два городка и людей несколько тысяч.
— Два городка и людей несколько тысяч? — пробормотал дядя под удивленными взглядами братьев.
— Всеми правдами и неправдами, сулить можешь что угодно, лишь бы знатока прислали, он мне нужен, а ежели еще и книг каких захватит, то совсем хорошо будет, — закончил я.
Ведь христиане любят миссионерством заниматься, продвигая свою веру, так что на этом и сыграю, и получу знатока письменности.
— Попробую, — не очень уверенно протянул дядька.