— А князь чего же? — спросил я.
Дядька сначала просто махнул рукой, а потом все же пояснил:
— В Щецине сидит, о чем только думает, я и не знаю даже, — замолчал дядька.
Интересно все же, чем князь занят-то, раз людей собирает или раны зализывает, а может, еще чего. Ладно, то не мое дело, хотя ситуацию с пруссами надо будет с прадедом обсудить, не хочется их у порога Устки видеть.
— Понятно, — протянул я. — Пойдемте, покажу, из-за чего пришлось меня ждать и время тратить, — подмигнул я дядьке и повел их в большой дом, в личную кладовую, где хранились светляки Венетия.
Глава 15
Оставив родичей в своей комнате, я метнулся в личную кладовую, в которой хранил самые дорогие и важные вещи, и принес от туда приготовленный ларец со светляками. За моими действиями дядька и братья следили с интересом.
— Горисвет, закрой окно, — попросил я, а тем временем поставил ларец на небольшой столик и откинул крышку, внутри расположились светляки.
— Так это ж янтарь, ты мне что, янтарь хочешь показать? — с недоумением спросил дядька.
— Почти, — с хитрой улыбкой ответил я ему и, дождавшись, когда Горисвет прикроет окно и комнату окутает полумрак, вытащил из паза один из камушков.
— Вот, глядите, — и я положил его на ладонь и поднес к лицу дяди, — на первый взгляд обычный янтарь, ничем не отличающийся от остальных.
— И? — В нетерпении хмыкнул братишка Володар.
— Вот только Венетий над ним поработал, превратив действительно в солнечный камень, или в светляк Венетия. Вот эта маленькая железная пластина называется активатор, он тоже сделан Венетием и нужен для того, чтобы светляк загорелся, вот так, — и я прикоснулся активатором к светляку, он тут же засиял, а активатор рассыпался пылью.
— О! Чудо! Как маленькое солнышко! — враз протянули мои родичи.
— Именно, светляк сияет как маленькое солнышко, прогоняя тьму и ночь, от него нет жара, как от свечи, и не случится пожар, — и я переложил светляк в дрожащие руки дяди.
Он с трепетом начал его рассматривать.
Я же пока молчал, давая время родичам насладиться моментом и его осознать, первым в себя пришел дядя и поднял на меня взгляд, братья же продолжали пялиться на светляк, как бараны на новые ворота.
— Гореть он может от четырех до пяти седмиц, днем и ночью, когда в нем кончится сила, он рассыплется пылью.
— Будто солнце в руках держу, — с придыханием произнес дядя, перекатывая его у себя на ладони, на что я лишь хмыкнул.
— Что же ты здесь ими не пользуешься? Мы пять дней ждали, а такого чуда и не видели, — поинтересовался дядька.
— Оттого и не пользуюсь, чтобы не прознали об этом. В Новгороде настоящей цены не взять, да и князя дразнить не хочется, ведь он явно возжелает их получить, да еще и секрет, как их делать.