— Ань, задержись потом, — шепнула Вероника соседке. — Хочу кое-что спросить.
— О том, что ты пропустила из-за болезни? — встрепенулась Анюта. — Конечно. Не вопрос.
Причина была иной. Теорию уж как-нибудь по учебникам Ника в состоянии наверстать. Темы рисунков ей Анютины глазки передавали стабильно. Нет, другого хотела от подруги художница.
— Одолжишь смартфон? — попросила Вероника, когда остальные одногруппники утопали. — У тебя там хорошая камера.
— Э-э… на, держи, — хлопнула ресницами Потапова. — Что будешь фотать?
— Кого, — поправила Ника и указала на место модели. — Тебя. Садись. Лицо чуть левее. Еще, еще, стоп. Подбородок выше. Замри!
Щелчок встроенной фотокамеры заставил Аню вздрогнуть. И еще один — это Ника перешла к позиции соседки. Ей фото тоже будет полезно для работы.
— Стас же запретил? — округлила глазища она.
— Модель — да, — усмехнулась Ника. — Но ты — не она. Хорошо получилось. Сейчас, себе кадры перешлю.
Инна светло-русая, а Анна рыженькая. Но кожа по тону у них близка. Рыжие вообще частенько белокожие (кто-то с россыпью веснушек, кто-то без).
— У меня челюсть крупнее, — глянула снимок Аня. — И нос другой. И вообще… Так зачем?
— Свет, — дала отгадку Вероника.
— О-о-о, — с пониманием протянула Анюта. — Ты — голова! О головах — нет, я всё понимаю, но это даже для Стаса перебор. Угадай голову по пропорциям и костным выступам.
— Не угадай, — задумчиво возразила Ника. — Научись видеть.
И тут до нее дошло: куратор вольно или невольно решил «прокачать» у своих подопечных «взгляд истины». А ведь это неуникальное достижение в Восхождении…
Совпадение?
Под конец занятий художницу посетила еще одна светлая мысль. Ей нужно «увидеть» и воссоздать голову девушки на портрете. А что, если сначала ее вылепить? Или даже лучше — вытесать из камня?
Однажды она уже сумела пройти по этому пути. Опираясь на одно воображение и память о гравюре, она воспроизвела в двуцветной горной породе образы двух божеств Тионэи.
Убирая лишнее, обнажая под слоями камня живые образы… Что-то столь же искусное, как «Весталка в вуали» Рафаэля Монти ей не под силу создать. Но и не нужно.
В игровом мире у нее вообще-то целая гора в собственности. Там уйма камня. Можно вытесать по памяти (не зря же она столько бумаги перевела на эскизы) голову Инны в маске. Затем — резцом — снять с нее эту маску.
Если верить утверждению одного куратора, он же паладин по ту сторону виртуальности, память художника — как огромная библиотека. Лица людей, которые встречаются нам в течении жизни, память сохраняет в одну книгу. На отдельных страницах. Особенные лица — тех, кто чем-то запомнился — помечает «закладками».