Мужик у соседского забора перестал колоть дрова и стоял с топором в руке, зубоскаля. Двое мальчишек забрались на крышу сарая и свесили ноги, устроившись поудобнее, будто пришли в театр на утренний спектакль. И по их лицам было ясно, что спектакль обещал быть занимательным.
В центре полукруга, опираясь на трость и слегка прихрамывая на правую ногу, стоял Микула. Козлиная бородка была аккуратно расчёсана, кафтан застёгнут на все пуговицы, а на тонких губах играла кривая усмешка.
Увидев на крыльце Пелагею, староста одарил её презрительным взглядом замешанным на ненависти. Я вышел из дома и загородил гостью спиной.
— Тебе чего, старый? — произнёс я, облокотившись о перила крыльца. — Решил Пелагею проводить с почётным караулом? Так она бы и без эскорта добралась, дорогу знает.
Микула побагровел от злости, ведь он явно не привык к такому обращению. Желваки на скулах заходили ходуном.
— Гостью⁈ — голос старосты взлетел на полтона. — Я терпел, когда ты моих внуков покалечил! Терпел, когда ты вооружённую банду приволок по Щуре!
— Ой, простите. Совсем забыл что у вас монополия на банды. Кстати одну такую мы пустили в расход, когда за досками ездили. Но уверен вы уже об этом знаете. И да, прошу прощения за то что я не сложил голову, а вы ведь так старались. — Издевательским тоном проговорил я.
— Ах ты выродок неблагодарный! Забыл что я для тебя сделал?
— От чего же? Помню. Хотели к позорному столбу низачто ни про что привязать. Повесить, заказали моё ограбление и убийство у разбойников. Это всё я прекрасно помню. — Произнёс я видя что местных жителей в округе становится больше и они с радостью греют уши, скоро пойдут разносить сплетни по всем подворотням. И это хорошо.
— Что ты несёшь⁈ Опять пьян что ли? — Презрительно бросил Микула, оглядываясь по сторонам.
— Потрезвее вашего. Так чего припёрлись то? — Фыркнул я.
— Пришел чтобы пакость эту вышвырнуть отсюда! — Микула ткнул палкой в сторону Пелагеи.
— Какой кавалер сыскался. — Усмехнулась Пелагея и обошла меня сбоку. — Не переживай Микула, я уже ухожу. Без ссор и пакостей, которые ты так любишь устраивать.
Она улыбнулась и подмигнула мне проходя мимо. Очевидно Пелагея была очень довольна моими словами в адрес старосты. Микула в свою очередь вышел из себя и заорал во всеуслышание:
— Попомните моё слово, люди добрые! Из-за этого поганца мы все взвоем от горя! Сперва разбойники, теперь ведьма, а завтра что? Мор на скотину? Засуха? Или чёрт из леса заявится и половину деревни сожрёт⁈
— Ну вот. — Вздохнул я. — На лицо белая горячка. Люди добрые, зовите Савелия, а то ведь староста подохнет с перепоя.