Первым на площадку вылетел капитан Марек, здоровый рыжебородый мужик с грубо вырубленным лицом. Он встал на месте, обвёл взглядом площадку. Посмотрел на тела наёмников, на пятна крови, на западное крыло, в окнах которого уже горел свет. И наконец увидел меня.
За его спиной высыпали остальные гвардейцы и тоже останавливались, один за другим, как будто упирались в невидимую стену. Один матерился сквозь зубы, тихо и от души. Другой положил руку на рукоять меча, да так и держал, на всякий случай. Видимо, опасался, что покойники сейчас встанут и снова ринутся в бой.
— Наследник? — хрипло спросил Марек. — Что здесь произошло?
Хороший, кстати, вопрос. Я бы и сам послушал ответ. В голове был сплошной туман, события последнего часа путались, наезжали друг на друга и наотрез отказывались складываться в нормальную последовательность.
Я кое-как поднялся, опираясь на окровавленный меч, как на трость. Рёбра отозвались так, что в глазах потемнело, и я постоял секунду, прикрыв веки, чтобы не свалиться обратно. Потом всё-таки выпрямился. Валяться на ступенях перед людьми отца не хотелось, тем более что я тут вроде как геройствовал.
— Они шли к западному крылу, пока вы держали восточное, — сказал я, и голос всё-таки дрогнул, чёрт. — Классический отвлекающий манёвр.
Марек обошёл площадку. Я слышал, как его сапоги стучат по камням, пока он садился у каждого тела на корточки, переворачивал, прощупывал швы доспеха, брал в руки клинки и пробовал на баланс. Делал всё это спокойно, привычно, как человек, который этим занят не первый десяток лет. И с каждым следующим телом мрачнел сильнее.
— Сколько их было? — спросил он, не поднимая головы.
— Девять, — я кивнул на западную стену, где ещё болталась верёвка. — Шестеро решили, что контракт того не стоит, как только их главный замолчал. Контракты, они такие, заканчиваются вместе с тем, кто их подписывал.
Марек присел над главарём и начал обыскивать тело. Затем стянул маску. Под ней оказалось лицо мужика лет сорока, с короткой бородой и старым шрамом через левую бровь. Капитан долго смотрел на него, потом перевёл взгляд на клинки, лежащие рядом. Взял один в руки и застыл…
На рукояти, у самого основания, было выжжено клеймо. Маленькое, размером с ноготь. Тень.
Лицо у Марека сделалось серым.
— Гильдия Теней, — глухо сказал рыжий. — Это их клеймо.
Он постоял, потом медленно поднялся на ноги. Глянул на западное крыло, где теперь в каждом окне горел свет и в окнах двигались люди, поднятые шумом. Я тоже посмотрел туда и понял, на что именно он смотрит.
Детские.