Потому что он прислонился к её лбу и попытался оказать воздействие , проникающее в голову и посылающее жаркие волны по всему телу так, что между ног сразу же увлажнилось.
— Вот так…
Но одновременно это воздействие вызывало резкую боль.
— Гххх, — Исабо не сдержала стона, явно выдающего, насколько ей было плохо, но мужчину это не интересовало.
— Ты готова для меня, ты примешь меня, хотя в первый раз, конечно, будет больно. Ваши тела не созданы для наших размеров… Я ненавижу тот факт, что моё воздействие почти не работает на тебя, что ты не смотришь на меня, хотя каждая из женщин сегодня текла от одного моего присутствия даже без всякого внушения!
Дальнейшего Исабо уже не осознавала, словно всё погрузилось в туман.
— Сотрите ей память!
— Господин…
— Несите зелье, не смейте спорить! Усильте его. Её кровь не поддаётся нашему воздействию и нашим снадобьям тоже, но не полностью.
— Кто учил вас вермитурскому? — услышала она голос Вигорра. — Я никогда не слышал настолько чистого произношения.
Исабо нахмурилась, чувствуя странную боль в голове и во всём теле, и даже… в ногах и между ними. Там было немного влажно. Неужели у неё начинаются женские дни? Прямо здесь⁈
— Всё в порядке?
— Да, извините, я немного отвлеклась.
— Ничего. Я хочу, чтобы вы проследили за тем, как мы станем использовать артефакт…
— Агх! — страшный крик Таррена мгновенно пробудил меня, заставив на несколько секунд потеряться в пространстве. Мне казалось, что я всё ещё нахожусь там, внутри сна, проживая события, связанные с Исабо. Но на раздумья времени не оставалось.
Таррена выгибало и ломало! Его кожа, едва заметно трескаясь, натягивалась, пока тело аномально увеличивалось в размерах, и я с ужасом подумала, что подобное, вероятно, происходило с ним очень часто в госпитале. На висках моего «объекта» проступили знакомые чешуйки, которых я не видела с того самого времени, когда он пребывал в озере красной вязи.
— Таррен, Таррен! — я принялась трясти мужчину, растерянно оглядываясь по сторонам. Я не знала, хотел ли он, чтобы кто-то узнал о его особенностях, и что за последствия повлечёт за собой такое разоблачение.
— Что происходит? Он же разбудит весь лагерь и привлечёт нечисть! — внезапно с другого конца лагеря к нам начал быстро прорываться Рой. При этом выглядел Фаррел ужасно.
Вспотевший до такой степени, что одежда казалась мокрой, тяжело дышащий, с растрёпанными волосами и лихорадочно блестящими глазами, он пугал своим видом.
— Ничего, ему просто снится кошмар! — выкрикнула я, стараясь заслонить Таррена от Роя и подсознательно чувствуя исходящую от Фаррела угрозу. — Таррен, пожалуйста, проснись!