И хорошо еще, что кот приступил к этому гадкому делу только после того, как я дверь входную запер, иначе бы сестра меня реально за психа приняла. Я и без того еле отмазался, что не с котом разговаривал, а так, мысли вслух озвучивал. Мне даже пришлось мини-допрос выдержать:
— Куда собрался?
— Да так, прогуляться.
— А почему с котом?
— Так кот уличный, куда хочет, туда и идет, я ему не хозяин.
— Ты же только пришел!
— Вер, я взрослый дядька! Если мне нужно выйти из дома, я просто выхожу, твоего разрешения для этого мне не требуется. И вообще, ты все еще наказана за вчерашнюю выходку.
В общем, еле отвязался от въедливой девицы. Причем не факт, что отбился окончательно — слишком уж хитро она смотрела на меня, когда мы с Василием выходили из квартиры.
— Ну-ну… — протянула она задумчиво, — темнишь ты, братец, что-то.
Я только улыбнулся виновато.
— Ладно, хрен с тобой. Хлеба купи, все равно мимо «Магнита» будешь идти.
Одним словом, еле выкрутился. А тут еще и Василий начал безобразничать.
— Ты, может, не в курсе, но моча у вас воняет крепко! — выдал я последний аргумент против такого демонстративно хамского поведения кота. Все одно я понимал, что такой мощной галлюцинации противопоставить ничего не смогу, так не бить же его! Кроме того, я прекрасно помнил, каким свирепым может быть этот кот и как глубоко впиваются в тело его клыки и когти.
В общем, воевать с котом я не видел никакого смысла, поскольку, окажись он галлюцинацией, то я и так ничего сделать не смогу, а если он реален — смотри пункт «про клыки и когти». Шах и мат, человеки!
— У кого это «у вас»? — ворчливо ответил мне кот, даже не подумав прекращать свое грязное дело.
— У вас, у кошек!
— Где ты тут кошек видишь? — кот уже отходил от двери, брезгливо потряхивая задней лапой.
— Не выделывайся, ты понял, о чем я! Меня же теперь тетя Зина из 280-й проклянет!
— Тебя Радмила проклянет раньше, — фыркнул в ответ кот и направился к лифту. — Да только лично тебе с того проклятья ничего не будет, а вот сестре твоей рикошетом прилетит так, что будь здоров!
— И это повод, чтобы дверь обоссать? — не уловил я связи между словами и действиями говорящего кота.
— Так, смертник… — кот резко остановился, встал на задние лапы и по-деловому вызвал лифт.
Он был таким огромным, что запросто доставал передней лапой до кнопки вызова. Только зарождавшаяся в Москве мода на мейн-кунов в целом могла бы помочь мне оправдать перед соседями и друзьями появление кота таких исполинских размеров, но было одно «но» — Василий совсем на представителя вышеуказанной породы похож не был. Это был типичный черный гладкошерстный кот, каких пруд пруди в любой русской глубинке, и на этом, пожалуй, можно и заканчивать сравнение с обычным представителем семейства кошачьих. Василий был размером с добермана, если не больше. Когда он говорил, забавно мурчал. То есть ушами я слышал самое обычное кошачье мурчание (полагаю, и другие люди его слышали), а вот внутри моей головы звучал прокуренный голос сорокалетнего мужика.