— Егор Андреевич! Как здоровье? — первым делом спросил он, помогая мне спешиться.
— Всё в порядке, Пётр Семёнович, — заверил я. — Что там у вас случилось?
— Пойдёмте, покажу, — он повёл нас через двор к токарному цеху.
Внутри стоял привычный шум работающих станков. Пневматические двигатели тихо шипели, приводя в движение валы. Стружка летела, мастера склонялись над заготовками. Но один станок, в дальнем углу, стоял молча. Рядом с ним собралась группа мастеров, озадаченно чесавших затылки.
— Вот этот, — показал генерал. — Утром работал исправно. После обеда попробовали запустить — клинит. Разобрали двигатель, проверили поршень, цилиндр — всё в порядке. Собрали обратно, запустили — опять на пол-оборота и встал.
Я подошёл ближе, присел на корточки рядом с пневмодвигателем. Осмотрел его внимательно. Действительно, внешне всё выглядело исправно. Соединения герметичны, поршень ходит свободно, клапаны открываются и закрываются как положено.
— Запускали его отдельно, без нагрузки? — спросил я.
— Запускали, — кивнул один из мастеров, невысокий крепкий мужик с седой бородой. — Работает без проблем. Но как только станок подключаем — клинит.
Я встал, отряхнул колени. Что-то здесь не так. Двигатель исправен, станок тоже. Но вместе не работают.
— А когда именно начались проблемы? — спросил я. — Сразу после обеда?
— Да, — подтвердил генерал. — До обеда всё было нормально.
— И что изменилось после обеда? Что-то подключали? Отключали?
Мастера переглянулись. Генерал нахмурился, вспоминая.
— Вроде ничего, — неуверенно сказал он. — Работали как обычно.
Я обошёл цех, глядя на работающие станки. Их было… сколько? Я начал считать. Раз, два, три… Тринадцать. Тринадцать работающих станков. А этот, четырнадцатый, стоит.
— Гриша, — окликнул я Григория, который стоял рядом. — Сколько сейчас работает станков?
— Четырнадцать, — не задумываясь ответил он, потом осёкся. — То есть… тринадцать работают, а этот не запускается.
— А этот? — я кивнул на проблемный станок. — Он и есть четырнадцатый?
— Да, — подтвердил Григорий. — Его последним подключали, недели две назад.
— А сейчас все тринадцать работают? — уточнил я.
Григорий пробежался взглядом по цеху, потом сбегал в соседний, где тоже стояли станки. Вернулся, кивая:
— Да, все тринадцать. И ещё четыре вентилятора у горнов в кузнице.
— А когда этот, четырнадцатый, подключаете — он клинит? — я уже начинал понимать, в чём дело.
— Получается так, — согласился Григорий.
Я оглянулся на генерала Давыдова:
— Пётр Семёнович, попросите остановить соседний станок.
Он удивлённо поднял бровь, но кивнул. Григорий подошёл к мастеру за соседним станком, что-то тому сказал. Тот остановил работу, отключив подачу воздуха. Станок замер.