С шумом втянула воздух, пытаясь хоть немного успокоиться. Еще и эта кокетливая шляпка, которая совсем недавно так мне нравилась, наползла на глаза и доставляла неудобство. Ни поправить, ни снять ее к хельватам! Собственное бессилие давило и вышибало из глаз слезы, которые сдерживать становилось все сложнее. Лежу тут куклой и совершенно ничего не могу предпринять!
Внезапно раздавшийся над самым ухом шепот напугал так, что не будь я полностью парализована, точно бы закричала.
— Миледи Аника! Миледи Аника! Что с вами?
Я открыла глаза, чтобы разглядеть говорившего, но проклятая шляпка закрывала весь обзор. Видимо, это понял и говоривший. Хотя, скорее всего, он просто хотел проверить, в сознании ли я и реагирую ли хоть на что-то. А потому потянул за шляпку, выдирая вместе с ней шпильки, которыми она крепилась к волосам и… ту самую спицу, что воткнула мне Катиери.
Я физически ощутила этот момент, потому что дышать стало легче, а с тела будто убрали придавившую его плиту. Но это не значило, что я сразу же подскочила, полная сил и решимости действовать. Напротив, артефакт будто высосал силы, и они медленно возвращались в тело. Магия ощущалась такой же тонкой струйкой. Сил у меня хватило только тихо застонать, ощущая, как вместе со шпильками мне выдрали и волосы.
— Вы живы! Слава Пресветлому! — снова прошептали над ухом, и я в сумрачном свете от единственного небольшого окошка наконец смогла разглядеть говорившего.
Это был… мальчишка! Совершенно незнакомый… Хотя нет! Я все же его где-то видела… Точно! Он же из банды Жерика!
— Как ты здесь оказался? — удалось мне вернуть себе голос, и мальчик зашикал, призывая к тишине.
— Тише! А то кучер может услышать! Я сюда тихонечко просочился, он и не заметил. Я увидел, как вы упали на улице, а потом вас в эту карету затащили. Вот и решил проследить. Только по довольному лицу госпожи Катиери, когда она выходила из кареты, понял, что дело совсем плохо. Все ведь знают, что она вас не любит.
Во время его объяснения я пыталась сжимать и разжимать руки, ощущая, как медленно, непозволительно медленно возвращаются силы. С магией творилось то же самое. Этот артефакт точно нужно было назвать не оцепенением, а пылесосом сил! Нет, такими темпами я не успею восстановиться настолько, чтобы сбежать до возвращения дражайшего муженька.
— Послушай, — зашептала я в ответ, — срочно нужно предупредить милорда Этьена Ремингема… Хотя кто тебя к нему пустит⁈ — я в отчаянии прикрыла глаза. — Нет, беги к госпоже Ловель и все ей расскажи, а уж она, если успеет… — чем дольше я говорила, тем больше понимала, что никто никуда не успеет.