Зато Женька пригласил свою невесту, Дашу, ту самую, которую мы тогда спасли от маньяка, с которой он то сходился, то расходился, потом опять сходился.
Молодые ведь, Женя рисковый и отважный, он никогда не сидит на месте, а Даше надо, чтобы он всегда был рядом с ней. Но я не вмешивался в их личные дела, сами разберутся.
— Ë-моё, столько дел, даже новости посмотреть некогда, — в дом зашёл Лёня с семьёй и обхлопал колени от снега. — Где ты там, Макс? Давно не видел.
— Здесь, — я прошёл к нему. — Располагайся, директор ЧОПа. Не хочешь к нам, повыше?
— Не, — бывший опер замотал головой. — Это вы молодые, а я как раз по себе работу нашёл. И спину уже не надо рвать.
— Спину береги, Лёня. Стол скоро будет, если что, баня натоплена. Кто желает помыться перед Новым годом — прошу.
Всё по-простому, чего мне не хватало, но надо просто протянуть руку, и всё будет на месте.
Дети Лёни играли верёвочкой с чёрной кошкой Латыпова, женщины готовили угощения на кухне, парни заносили с веранды складной стол и стулья. Попутно обсуждали дела в Чечне, по телевизору как раз шла итоговая программа и эту тему там вспоминали особенно долго.
В этот раз всё было иначе, и я знал, что в этом приняли участие все мы.
Вторая кампания пока так и не началось в полной мере, были только отдельные бои. Всё пошло иначе. Осенью при отражении атаки на Дагестан был убит Шамиль Басаев. Масхадова свергли свои и расстреляли прямо рядом с президентским дворцом, Радуева задушили удавкой, а Доку Умаров ещё летом попал в плен и скоро отправится сидеть в «Чёрном Дельфине» до конца жизни.
А наёмника Хаттаба отравил собственный повар. И стоило это всего тысячу долларов. Но с Гелаевым пришлось попотеть, благо, у нас был грамотный сапёр, который сделал всю работу, и боевик взорвался в собственной машине.
Многие полевые командиры или уничтожены, или сдались, или всячески показывают свою лояльность федеральной власти и зовут российскую армию навести порядок.
Взялись мы за это жёстко, без компромиссов, но результаты были сразу. Неофициально, под прикрытием службы Ремезова, ЧВК «Байкал» входила на территорию республики, проводила свои дела, ведь мы прекрасно знали, кто там чем дышит. Ведь целый год мы проводили работу, чтобы потом ударить в самое сердце.
Ну а если были бои, то участвовали в них не солдаты-срочники, восемнадцатилетние пацаны, едва окончившие учебку, а матёрые ветераны первой кампании, Афгана и прочих горячих точек. У них выходило воевать получше.
Всё как мы и планировали.
Ну, и пока весь мир смотрит туда, у «Байкала» ещё летом появился первый контракт в Африке, в Конго, на защиту добывающих предприятий, заключённый… при посредничестве Платонова.