— Папа, что за глупости? — На ногах она устояла с трудом. — Не надо было ради меня! Что ты наделал⁈ Беорн не виноват! Я же дала слово ехать домой. Я бы никогда его не нарушила…
Что с ними теперь сделает Гвенвифар? С папой⁈
— Ты — нет, а я — да.
То есть?
— Бегите, принцесса! — Беорн будто откуда-то издалека уже не кричит — хрипит. — Беги…
Корделия сунулась обратно. И рухнула на колени. Мир плывет…
— Прекратить бой!
Ноль внимания. Они вообще — ее слышат⁈
Всё еще можно остановить… Она что-нибудь придумает матери…
— Я приказываю. Я…
— Здесь приказываю я, — мягко объяснил отец.
Уже пятеро убитых. Еще семь — на ногах. Кажется… Если не четырнадцать… Но…
— Где остальные мои люди? — похолодела Корделия.
Локоть нашел твердую, слишком горячую землю — иначе Дэлли просто упала бы ничком.
— Твой конвой? Убиты, конечно.
— Что происходит? — В голове шумят южные барабаны Черной Земли. То ли от крушения мира, то ли…
Это что — такой дикий кошмар? Корделия спит и не может проснуться? Она больна, у нее горячка…
— Что происходит? Это зовется одним словом: измена.
— Но я не изменяла… — с трудом хрипит голос.
А ее люди — тем более! Никто…
— Ты всё еще не поняла? Изменил я. Королеве Гвенвифар.
— Но… — Изменяют слуги, воины, даже полководцы. Но не семья! — Ты же мой отец! Ты же…
— Вот именно. — В его голосе звенит острая сталь. Как никогда прежде. — И ты должна мне повиноваться — как верная и преданная дочь.
Преданная. У этого слова — два смысла.
Его странная усмешка плывет в сторону, расползается мерзким пятном. Не надо было пить вина… Пряности… меняют вкус.
«Амулет»! Корделия успела бы предупредить мать — если б не эта «смиряющая» дрянь! Мама, что же ты наделала⁈ Почему настолько не любила Дэлли⁈ Не верила ей?
Как и отец.
— Что ты мне подсыпал⁈ Ты… убил меня?
— Узнаешь, дорогая… — еле расслышала Корделия. В серой пелене густого тумана, куда провалилась.
Глава третья.
Пограничье Лингарда с Тенмаром.
— Бран? — Изольда обвела подданных всё еще твердым взглядом.
— В бою, — Гийом-Жак не собирался опускать глаза.
Не раньше, чем она окончательно лишится чувств. Маг безопасен только в «браслетах». Или с любым другим «амулетом». Желательно, помощнее. Изольда хоть и ранена, а всегда была сильнейшей.
А лгать Гийом-Жак за эти годы наловчился так, что впору давать уроки. Даже собственному сюзерену. Настоящему. Уже десять лет как. Когда испарилась последняя надежда и на тень реальной власти. А за спиной принялись всерьез похихикивать юные и смазливые мотыльки-однодневки. Очередные гости роскошной шелковой постели эгоистичной стервы Гвенвифар Снежной Пантеры.