И уж его-то опознать легче. Диего здесь много лет знали и любили.
— Я знаю, кто вы, Ваше Величество, — серьезный взгляд молодого предводителя, вроде, пока кар земных и небесных не обещает. И как же этот явно закаленный воин похож на Диего! Будто тот внезапно стал старше. И ведь Изольда тоже это видит. А до Корделии только сейчас внезапно дошло. — Маги уже известили о вашем прибытии. Добро пожаловать в Илладэн, друзья и союзники моего младшего брата. Позвольте, — он всё же не сдержал улыбки, — помочь вам выбраться из фонтана.
Значит, это и есть легендарный принц Алехандро! Отчаянный полководец, о которого пятый год ломает матерые клыки и стачивает острые когти Тенмарский Дракон. Это ведь не первое нападения Рауля Тенмарского на Илладэн.
Просто прежде он вовремя отступал и выбирал кого-то послабее.
Увы, в этом году он счел таковым Лингард. И, к сожалению, оказался прав. Предательство порой разит сильнее меча в открытом бою.
А здесь и сейчас принц и полководец Алехандро Илладэнский лично вышел их встречать.
А Корделия почему-то думала, что он сейчас — в военном лагере? Почему же — нет?
Или… военный лагерь к столице уже гораздо ближе прежнего? За долгим путешествием они совсем сбились с новостей.
И теперь, когда измотанные беглецы наконец в непривычной безопасности, Корделия вдруг глупо разозлилась на себя. Что выглядит сейчас обтрепанной, исхудавшей, в бесконечных синяках и царапинах — старых и свежих. Совсем не похожей не то что на прекрасную принцессу — вообще на знатную даму.
А ведь это от ее яркой красоты совсем недавно сходили с ума придворные рыцари далекого родного Лингарда! Складывали баллады, посвящали победу на турнирах.
Никогда не беспокоилась о такой ненужной ерунде, но сейчас вдруг внезапно стало дико обидно. Почти до глупых слез.
Хорошо что она и так уже вымокла в фонтане — до самых корней выгоревших волос.
Глава тридцать четвертая.
Илладэн, Соледо.
Комнату освещают один догорающий камин и сразу два серебристых лунных луча. Один — с черных южных небес, другой — той же полукруглой луны, но отраженной в спящем фонтане под витражным окном.
Красивая почти сказка. Жаль, Изольда — не Илейн. Жаль, что Илейн нет уже нигде.
Зеркало в золотой раме отражает брата Диего и сестру его возлюбленной. Будто тени тех, кого уже не вернуть.
Будто они вместе проскользили здесь в последний раз.
Диего еще вчера жив, но любой Маг видел в нем обреченность. И она нарастала с каждым днем — по капле. Медленно, но неотвратимо.
Так кто готов судить принца, что не жалел своей жизни в бою? Потому что ему уже было не суждено выжить в любом случае.