— Защитить? О, ты выбрала не то место! Здесь война, кровь, раны, боль, грязь, — произнес генерал, шагнув ближе. Трость стукнула по паркету. — Здесь защиты нет! Так что говори настоящие имя, фамилию. Сейчас же!
— Не скажу! — произнесла я, сжимая кулаки до боли в ногтях. — Я клянусь, что никто об этом не узнает.
— Не узнает, говоришь? — В голосе генерала снова слышалась насмешка. — Сегодня ко мне прибежали со словами: «Кадет Джейлорд ранен в задницу!». У него на построении кровь!
Я простонала, стиснув зубы. Критические дни пришли не вовремя. Я ждала их через неделю, но прямо на построении меня просто скрутило и ка-а-ак полило. На построении мы были без плащей, поэтому на темно-серых штанах быстро появилось пятно. Оно-то меня и выдало.
— Есть много способов выяснить, кто ты такая, — резко произнес генерал.
Он развернулся и вышел. Звук захлопнувшейся двери отозвался эхом в пустоте кабинета. Я слышала, как постукивание трости удаляется в коридоре, и чуть не заплакала.
Руки дрожали, ноги подкашивались. «Хоть бы они ничего обо мне не узнали!» — молила я судьбу, чувствуя, как холод пробирает до костей.
А в голове уже звучал другой голос. Низкий, липкий, знакомый до тошноты.
«Слышишь, маленькая крыса. Что? Решила спрятаться? Не выйдет! Иди сюда! Иди, иди…»
Я вздрогнула, словно чья-то тяжелая рука снова схватила меня за волосы и потащила по полу спальни. Ком тошноты подкатил к горлу. Запах крови и дорогого изысканного вина, крики, смех…
Дверь кабинета ректора открылась.
Генерал прошел через весь кабинет, его шаги были тяжелыми, размеренными. Но трость выдавала предательскую слабость, которую он не хотел показывать.
Он положил на стол бумагу, придавив ее рукой, на которой сверкнул роскошный перстень.
— Львина Соулкен. Не так ли? — произнес он, поднимая на меня траурные глаза.
Меня затошнило. Да, это она. Точнее, это имя той несчастной девушки, в чьем теле я очнулась семь месяцев назад. Имя, которое было для меня приговором.
— Могла бы и сама сказать! Почему я должен сам это все выяснять! — Голос генерала грохотал так, что мне хотелось провалиться сквозь землю, исчезнуть, рассыпаться в пыль. — Я уже сообщил вашим родным о вашем месте нахождения. Они, между прочим, вас разыскивают!
Сердце остановилось.
Я едва ли не взвыла.
В памяти всплыло другое лицо мужа. «Маленькая дрянь! Ты за это ответишь!» — голос стал ближе, реальнее.
Я видела свою руку, в которой был зажат нож для писем. И его руку, испачканную кровью. Видела кровавые капли на роскошном ковре и полу спальни. «Принесите мне платок! Или что-нибудь! Эта маленькая тварь меня ранила! И сейчас она за это ответит!»