— Думаю, это на некоторое время заставит вас выполнять мои приказы более расторопно, и целиться по противнику тоже будет удобнее без лишних, явно мешающих пальцев на руке.
Улер не стал задумываться над приказом ни на мгновение. Он дождался, когда я закончу говорить, и сорвался с места, будто от этого зависела его собственная жизнь. Сначала воин сшиб с ног молодого Соятова и, наступив ему на левую руку древком копья, раздробил мизинец. Наверное, он предполагал именно так. Вот только задел он ещё и безымянный, сломав сразу два пальца. Михаил неистово заорал во весь голос. Задёргался, пытаясь освободить повреждённую руку с переломанными пальцами. Но вес солдата был чрезмерно высок, и сил у молодого мага не хватало освободить искалеченную руку. Улер боковым зрением смог уловить моё недовольство и взмах моей руки и понял, что этого достаточно.
В следующие мгновение воин убрал свою ногу и перестал удерживать на полу Михаила. Молодой маг неуклюже пытается пережать сильно закровившие сломанные в нескольких местах пальцы здоровой рукой. Но это не помогает, кровь течёт, заливая оба рукава лёгкого доспеха. Ещё один взмах моей руки, и Улер идёт к старшему волшебнику. Тот сидит на полу с остекленевшим взглядом. Его губы нервно что-то шепчут, но левая кисть лежит на каменных плитах пола. Когда Улер был уже в шаге от очередной жертвы расправы, старший маг склонился в поклоне, ударился лбом в каменный пол и произнёс испуганным, сбивчивым голосом:
— Простите, господин Ирчин, я понял свои ошибки, этого больше не повторится.
Улер замер, повинуясь движению мой руки. А молодой Соятов тем временем продолжал кричать от боли, надрывать глотку и безуспешно зажимал кровоточащую рану, растаскивая кровь по полу ещё сильнее.
— И что же ты понял, Леур? — строго спросил я.
Маг, не задумываясь, сразу же ответил:
— Стоило рискнуть даже жизнью, но ударить огненным шаром, так как это сделали бы вы. Ведь господин Ирчин постоянно рискует лично, вступая в схватку лицом к лицу с любым противником, не подвергая нас никакой опасности. А мы взамен отвечаем трусостью, — неуверенно пролепетал он в конце.
— Неплохо, но не этого я от тебя ждал. Улер, на этот раз сделай всё аккуратно, — приказал я.
По одной моей интонации Улер понял, как надо действовать. Воин ловким движением ударил по лежащей руке древком копья, раздробив только мизинец. Леур взвыл, но хотя бы попытался сдержать крик боли. Да и руку не отдёрнул. Стоило экзекуции закончиться и солдату отойти, как Леур использовал три раза подряд заклинание лечения, полностью исцеляя рану. Кожа на месте на сломанном пальце зарастала на глазах. Это, конечно, не восстановило кости мгновенно, но во всяком случае кровь идти перестала.