Я побежал, пытался взобраться по кирпичам, чтобы потом попетлять меж старой техники и пожить пару лишних секунд. «Доигрался!», — подумал я, когда огромная зловонная раззявленная пасть накрывала меня словно насекомое, что поймали сачком.
В этот миг из груды кирпичей вынырнула грязная окровавленная рожа. Человек распластался в длинном прыжке. Я узнал его по полупрозрачному куполу, что окутал нас, стоило ему схватить меня за ногу. Стенки пасти сомкнулись. Нас протолкнуло внутрь. «Как на лифте», — промелькнула в голове мысль.
Защитная сфера чуть подсвечивала все вокруг, и мне удалось разглядеть, как Воронцов, сохранивший холодную голову, вспомнил про наш изначальный план, которому мы должны были следовать, если бы пытались убить тварь силами только нашей группы.
Друг вытолкнул из сферы сверток, от которого шли провода к подрывной машинке, что он держал в руках. Все вокруг осветила яркая вспышка, а после нее, наоборот, власть над миром взяла тьма.
В чувства меня привел Варик. Я как бабочка из кокона выполз из куска тела скреббера. Воронцов лежал рядом без сознания, Танк оказывал ему медицинскую помощь.
— Где Салага? — спросил я, пытаясь подняться на ноги. Вестибулярный аппарат еще шалил, пришлось опираться на Варика.
— Мы его не видели, — сказал Танк.
Я огляделся. Вся одежда оказалась покрыта оранжевой склизкой массой. Пыр с перевязанной головой вместе с еще одним бойцом «Щита» укладывали раненого на носилки возле уцелевшего броневика. То, что осталось от тела скреббера, еще шевелилось, крутилось, сокращалось и сочилось слизью.
— Что с Воронцовым?
— Я не знахарь и даже не врач, — пожал плечами Танк. — Дышит, видимых повреждений нет.
— Хорошо, — кивнул я. — Пошли к остальным.
С разных концов поля боя стягивались выжившие и раненые. Пыр уже разбивал их на группы.
— Быстрее! — крикнул он нам. Я ускоряться не собирался, шел, оперевшись на Танка, хотя картинку уже не штормило.
Бойцов из «Щита» набралось целых пять человек, и почти все без серьезных ранений. Вояк всего трое, еще шесть валялись ранеными. Пыр раздавал всем топоры и пилы для разделки мяса.
— Начнем с остатков голов, — сказал он. — Затем ту самую крупную часть разделаем. Танк и Капкан, стаскайте раненых в машину. Семга, останешься за пулеметом. Мало ли кто пожалует. Всё, погнали!
Пожаловать уже никто не мог. Крик скреббера разнесся на десятки километров. Все живое скрылось в ужасе.
— Сенс есть? — подал я голос.
— Есть, — отозвался один из бойцов «Щита».
— Завалы просканируй. Там могут быть выжившие, — сказал я.
Боец покосился на Пыра и не торопился исполнять просьбу. Командующий операцией уже не слышал наш диалог, так как во всю разрубал остатки тела монстра, только мясо летело во все стороны.