— Пройдитесь по округе, соберите оставшееся оружие, — сказал Пыр. — Дорога длинная, патронов мало осталось.
Все начали расходиться, я направился к рухнувшему зданию. С каждым шагом напряжение росло. Лопатки начало сводить, казалось, сейчас мне в спину прилетит пуля. Чуйка взводилась как пружина. Мне стоило огромных усилий, чтобы уловить тот самый нужный момент.
Я перемахнул через груду кирпичей и упал в ту яму, из которой мы вытащили минометчика, получился эдакий импровизированный окоп. Пулеметная башня хоть и не смотрела в нашу сторону, развернуть ее оказалось секундным делом.
Очередь вмиг скосила вояк, которые успели лишь автоматы вскинуть. Танк срезал из своего пулемета одного из бойцов «Щита». Остальные трое под прикрытием брони не давали высунуться мне и Варику. Кирпич крошился под градом пуль, меня засыпало каменной крошкой.
Сам Пыр укрылся за остовом сгоревшей машины. Слева застрекотал «Винторез», голова одного из противников взорвалась. В этот миг Варик в открытую побежал по полю с двумя гранатами в руках. Все тут же переключили огонь на него.
Ошметки плоти вылетали со спины от множественных попаданий. Непонятно, как друг смог столько пробежать, но он успел бросить гранаты до того, как рухнул на колени. Бойцы «Щита» попа́дали, тело Варика растаяло, а сам он возник сзади броневика и прикончил обоих одной очередью на весь магазин.
И тут я вспомнил про красную жемчужину, что он съел, вот, значит, какой его новый дар. На этом сюрпризы не кончились. Пыр в два скачка преодолел полсотни метров, что разделяли его и броневик, мгновенно влетел в салон, словно годами оттачивал это движение.
Загрохотал двигатель. Машина дернулась вперед, из выхлопа повалил черный дым, а из-под днища полилась черная жижа. Кашлянув несколько раз, броневик встал как вкопанный. Это Танк с Вариком сюрприз оставили.
Дверца открылась, из нее вылетел силуэт. Танк выстрелил на опережение, и чью-то тушку порвало в клочья. Из другого отсека высунулся Пыр, дал короткую очередь, и пулемет кваза захлебнулся. Открылась еще одна бойница, и до того, как оттуда высунулось дуло, отработал «Винторез». От дверцы отлетели искры, а из салона раздался крик.
Снова открылась главная дверь, прикрываясь телом раненого, Пыр выскочил наружу, отбросил в сторону живой щит и в один прыжок оказался возле меня. Я даже спуск выжать не успел, в лоб мне уперлось холодное дуло пистолета.
На лице Пыра сияла безумная улыбка. Он уже прожимал слабину спуска, я защищал его спиной от Воронцова, Танк ранен или убит, а сам ничего сделать не успеваю.