Зато, когда Костя сыпал комплиментами, в груди все сладенько трепетало, а за спиной росли крылья.
Потому что он был искренен! Он говорил сердцем, а не заготовками!
При мысли о Косте на глаза снова набежали слезы, Матвеев, кажется, решил, что я от его слов расчувствовалась, придвинулся вместе со стулом, запел соловьем:
– Настя, – попытался взять меня за руку, отдернула свою, положила на колени. Мне после Ширина чужие касания неприятны. – Настя, я был дураком, слепым, глухим. Не замечал очевидного – что ты та, которая мне нужна, которая будет меня любить несмотря ни на что…
Качаю головой, открываю рот сказать, что парень ошибается, но он не дает вставить слово.
– Я ведь думал, ты как все, охотишься за лучшим парнем института…
У–у, как все запущено, самомнение у этого молодого человека на высшем уровне.
– Другие девушки что? Им нужен красавчик, при деньгах, а что у меня тут, – проникновенно прижимает ладонь к груди, – никому до этого нет дела…
Ха, если разобраться, что там у него под ладонью, я тоже не знаю. Любила просто так.
Наивная дурочка. И как меня подруги терпели с постоянными страданиями по этому парню? Он ведь вблизи – самый обычный человек. Взгляду зацепиться не за что.
– … Но когда ты налетела на меня здесь, в этом кафе, помнишь? Ткнула в меня пальцем, закричала, что я опоздал и прое… проср*л короче свое счастье, тогда меня словно прошибла молния. Я посмотрел на себя со стороны, увидел, каким гондоном был, как некрасиво вел себя по отношению к другим девушкам, но главное – к тебе. Ведь я знал… мне говорили… да я и сам видел, как сильны твои чувства ко мне…
Арсений сделал паузу в своей пламенной речи, набрал полную грудь воздуха и выдал новую порцию признаний:
– Тогда ты сказала, что второго шанса мне не дашь, но я все–таки хочу попросить… Настя, стань моей девушкой. Самой настоящей. Единственной.
Эх, Сеня, Сеня, ты реально опоздал.
– Нет, – качаю головой, – у меня уже есть парень.
– Миллионер тот? – губы изогнулись в усмешке. – Он же тебя использовал!
Брошенные с издевкой слова больно резанули по сердцу.
Достаточно с меня!
– Если у вас все, извините, мне нужно работать.
Встаю, разглаживаю фартук, проверяю в кармане блокнот и ручку.
Сеня встал тоже, на лице застыло сожаление, понял, что сказал лишнее.
– Не обижайся, Настя, я обещаю, больше не вспомню того богатенького Буратино, ни в чем тебя не упрекну…
– А меня не за что упрекать, – фыркаю я.
Не поняла в какой момент Сеня начал меня раздражать, но сейчас находиться с ним на одном квадратном метре неприятно.
– Извини, ляпнул не подумав, – примирительно улыбается Матвеев. – Ты до которого часа работаешь? Я провожу тебя до дома, пообщаемся.