Мгновение.
И замер, потому что там стоял старый стражник. Уже седой. Тот самый, за которым чиновник и посылал. И его лицо было перекошено ужасом.
Всхрапнула лошадь.
Страж словно «очнулся» и, переведя взгляд на Константина, вытянулся, стукнул древком копья по брусчатке и гаркнул типовое приветствие.
Мгновение.
И остальные стражи дворца, находящиеся у ворот, повторили тоже самое.
Чиновник лихорадочно соображал, пытаясь придумать решение, понимая, во что он вляпался. Сзади послышались шаги коня — характерные такие цоканья по камням. Он резко обернулся и нервно икнул, увидев, как на него надвигается Константин на коне. Да с ТАКИМ выражением лица, что и не пересказать. И рука его уже вытягивала меч.
Секунда.
Вторая.
И он был вынужден отшатнуться от морды коня, который пер прямо на него. Но лишь для того, чтобы сразу получить удар сапогом в лицо. Резкий, жесткий, с хрустом ломающегося носа.
— Этого взять под стражу. — процедил император, указав рукой на поверженного дельца.
Чиновника куда-то утащили.
Да так быстро, что диво.
Константин же убрал меч в ножны и поехал внутрь дворца, с трудом сдерживая те эмоции, которые он взращивал в себе с утра. Они теперь рвались наружу. И это чувствовалось окружающим.
По-хорошему требовалось мерзавца убить. Ибо такое раз спустишь — и все, «спекся». Потом годами придется восстанавливать авторитет, который утечет, как вода в песок. Но входить во дворец с трупа казалось плохой приметой. Да и суд было бы неплохо устроить, используя его как иллюстративный материал для остальных. Как инструмент пиара и продвижения среди населения.
Страх полезен.
Но он должен иметь форму и быть предсказуем, а не сводиться к сиюминутным припадкам…
[1] Официальный титул звучал как Βασιλεύς καὶ Αὐτοκράτωρ τῶν Ῥωμαίων (греч.) — Василевс и Автократов римлян. Но по смыслу в латинскую традицию «василевс» переводится как «dominus», то есть, «государь», а «автократор» как с «imperator», то есть, «верховный главнокомандующий». В тексте будет использовать разные формы с приоритетом привычных.
[2] «Silentium et hasta, sub nocte et castra, Carcharodon astra» (лат.) — дословно: «Тишина и копье, под покровом ночи и лагеря, Кархарадон звезда», литературно: «Молчание и копье, Ночь и стан, Кархарадон звезд». Это припев из песни «Кархародоны — Хищники Внешней Тьмы» от Synesthesia Music Forge.
[3] Слово «Кархарадон» греческое (Καρχαρόδων), которое в лоб можно перевести как «Акула-зуб», литературно «Острозуб» или «острозубая акула». Но καρχαρίας (karcharías) в названии акул использовалось только узкой прослойкой византийских интеллектуалов. Обыватели называли акул κύων θαλάσσιος (kýōn thalássios) — морской пес или γαλέος / γαλέα (galéos / galéa) — старое античное название. Поэтому, даже зная греческий язык, смысл Καρχαρόδων казался сильно размытым и непонятным для местных обывателей.