— Бажен, твою ж нелегкую! — Меня вывели из транса, беззастенчиво влепив пощечину.
Такой метод оказался более действенным. Хоть и нес определенные неудобства. Например, звон в ухе. Зато я сразу сообразил, в чем была проблема. Вокруг меня, как и вокруг Жели, появилась ярко светящаяся аура. Нечто подобное мы видели вокруг Маргариты, парящей на совиных крыльях. Но там был один лишь нимб. Зато сейчас вся поляна была залита солнечным светом. И на этот раз свет был действительно солнечный. Тучи разбежались в стороны, создавая достаточный просвет, чтобы все озеро, вместе с его берегами, осветилось истинным светом.
— Ты опять увлекся. — Недовольно проворчала Маша, поджимая губы и скрещивая руки под грудью.
— Прости. — Все, что можно было сделать в ответ, так это глупо улыбнуться и развести руками.
— Увлекайся так почаще. — Не менее глупо хохотнул Кирилл, несясь на нас как самый настоящий медведь.
Парень, конечно, и был медведем. Но сейчас оставался в человеческом облике. Но это не мешало ему нестись напролом, расталкивая удивленных мужчин и женщин, парней и девчат. Вокруг нас собралось столько народу, глупо хлопающих глазами, что невозможно было и представить, что они все были здесь и раньше.
— Ты… — Тяжело произнесла Желя, не в силах подняться с колен. — Ты… Слишком увлекся.
Женщина довольно осмотрела результаты своих трудов и перевела взгляд на меня. После чего, закрыв глаза, завалилась на свежую траву. Я даже дернуться не успел, чтобы помочь целительнице.
— Желя! — Маша первой оказалась возле товарки, просто упав на колени.
— Да что б… — Выругался и я, оказываясь рядом с бесчувственной целительницей.
— Посторонись! — Катрин без раздумий отбросила Мечиславу в сторону, занимая освободившееся место.
Ангелочек, единственная, у кого так и остались следы от недавней бойни, склонилась над целительницей. Тонкие губы беззвучно шевелились, явно в некой молитве. Над трясущимися от усталости руками появилось нежно-голубоватое свечение, отчего-то направленное от, а не на Желю. И чем больше водила Катрин руками, тем тусклее становился этот свет.
— Что ты сделала? — Угрюмо спросила Маша, явно оставшись недовольной такому бесцеремонному толчку.
— Ничего. — Устало отозвалась крылатая, так и оставшись сидеть на траве. — Сейчас никто ей не поможет. Бажен перестарался, влив в нее столько энергии, что ей теперь долго придется восстанавливаться.
— Но… — Заикнулся было я, наткнувшись на суровый взгляд.
— Возможно, это того и стоило. — Вместо меня продолжила Катрин. — Но цена через-чур велика.
— Больше десятка жизней⁈ — Выкрикнула из-за чьей-то спины Маргарита.