Я не мог увидеть, что происходит вокруг. Глаза отказывались подчиняться. Как и слух. Только продолжающийся поток силы, создающий вокруг нас нечто, отдаленно напоминающее сферу Елеазара. Защитный купол должен был накрыть весь отряд, наглухо отгородив от всех иномировых тварей. Катрин с Ларисой это может не понравиться, но иного выбора попросту не было.
— Все. — Прозвучал голос блондинки в голове и поток оборвался.
Только чувство легкости так и оставалось. Словно я потерял не то, что пару килограммов, а всё тело разом, став бестелесным призраком.
— Все. — Выдохнул и я, стараясь открыть глаза.
Чувства так и не хотели возвращаться, но мне нужно было что-то сделать. А для этого нужно было приложить огромные усилия. Веки, в отличие от всего остального тела, оказались налиты свинцом. Одно только усилие отдавалось ужасной болью. Зато руки начали ощущать крепкое тело, которое так и не выпустил из объятий.
— Бажен. — Тихо прошептала Маша и я снова ощутил нежные губы, на этот раз на шее. — Все позади.
— Что? — Слова заставили позабыть обо всем и резко распахнуть глаза, окидывая поляну, залитую ярчайшим солнечным светом, мутным взглядом. — Что произошло?
— Они сбежали. — Устало ответил Кирилл, опускаясь на колено возле павшего товарища, с разодранным горлом.
Вокруг было множество мертвецов, причем все они выглядели как обычные люди. Разница была только в том, что наши товарищи и подруги оставались в одежде. Вся поляна, вплоть до первых сосен, была выстлана трупами. Разрубленные, разорванные, сожженные, коих было больше всего. Этой ночью смерть настигла слишком много людей, а выжившим досталась нелегкая доля оплакивать потери.
— Бажен! Помогай! — По лицу целительницы снова бежали дорожки слез, крупными каплями падая на грудь, впитываясь в плотную ткань кофты.
— Иду. — Что делать, было и без того понятно. Мы уже проделывали это совсем недавно и стоило лишь повторить. Пусть Маша и просила так больше не делать, но сейчас не до опасений.
Мой внутренний мир встретил хозяина буйной растительностью. На холме, окруженном высокими березками, снова стояла избушка, продолжающая изменяться, превращаясь в полноценный терем. Но при этом так и оставаясь на все тех же куриных ножках. Вода в озере заметно уменьшилась, вернувшись в свои исконные берега, освободив обширную площадь для кустов и травы, ярким зеленым ковром застелившим землю.
— И снова ты здесь. — Усмехнулся я, осматривая воскресший мир.
Ответа, как и предполагалось, не последовало. Зато с неба очень радостно засияло утреннее солнышко, заливая всю округу нежным светом. Где-то вдали запела одинокая пока еще птичка. Ее поддержали несколько лягушек, заквакавших у пруда. Мой мир воскресал, пусть и такой дорогой ценой. Но от этого становилось легче. На удивление, чтобы зачерпнуть сил, отправляя Желе, мне не пришлось трогать воду. Энергия разлилась повсюду, приняв другие образы. Каждый листочек, каждая травинка стали воплощением моей собственной силы. Даже облака на небе состояли из нематериальной энергии, продолжающей кружить где-то на краю, не смея прятать утреннее светило. А оно само словно смотрело на своего избранника с сочувствием.