Она шагнула во двор — и громовой рёв ударил ей в грудь.
Дракон — взрослый, тёмный, с потрескавшейся чешуёй — метался у разрушенного вольера. Его глаза были мутные, будто затянутые дымом. Из ноздрей шёл пар. На шее висела цепь, оборванная, как нитка.
— Лис! — крикнула Грета. — Где Лис?!
Из-за стены выскочил худой парень с пепельными волосами и странным, почти лисьим взглядом. В руках у него был жезл с рунами, которые дрожали от напряжения.
— Я здесь! — крикнул он. — Он не даётся! Плетение рвёт!
Героиня подбежала к нему.
— Как его зовут? — спросила она, перекрикивая шум.
Парень моргнул, будто вопрос был неуместен.
— Коготь… нет, это старый… Этот — Бурый. Его… его ночью били магией!
— Значит, он в боли, — сказала она. — А в боли он не слышит.
Лис уставился на неё, как на сумасшедшую.
— Леди, это дракон!
— И что? — отрезала она. — Дракон не значит “не живой”. Дай мне тряпку. Воду. Быстро.
— Вы… вы хотите его… — Лис захлебнулся. — Вы хотите его лечить?
— Я хочу, чтобы он перестал убивать нас всех, — сказала она. — Это одна и та же задача.
Лис судорожно втянул воздух и протянул ей кусок ткани.
Она намочила его в ведре, не думая, и подняла руку над головой, как над лошадью, которой надевают уздечку.
— Бурый! — крикнула она.
Дракон замер на долю секунды и повернул голову. Его взгляд был пустым и яростным.
— Я не враг, — сказала она громко, не отступая. — Я помогу. Но ты должен… — она замолчала, чувствуя, как голос дрожит, и заставила себя продолжить. — Ты должен остановиться.
Дракон фыркнул, и волна горячего воздуха ударила ей в лицо.
Она сделала шаг ближе. Второй. Грета сзади вскрикнула:
— Леди! Назад!
— Молчи, — сказала героиня сквозь зубы, не оборачиваясь. — Я почти…
Дракон рванулся вперёд.
Она успела только поднять мокрую ткань — и накрыть ею его морду, как накрывают горячую рану холодным компрессом.
Это было безумие. Это было смертельно.
Но ткань шлёпнулась на чешую, и дракон вдруг… замер.
Он вдохнул запах воды, травы, дыма — и его зрачки на секунду сфокусировались. Рёв сорвался на хрип.
— Вот, — прошептала она, уже тише, ближе, как с собакой после операции. — Вот так. Тише.
Дракон дрожал. В его чешуе вспыхнули искры — но слабее, чем у Рысика. Лис сзади вскинул жезл, руны на нём засветились ровнее.
— Он… он слушает, — выдохнул парень.
— Потому что я не кричу, — сказала героиня. — И потому что ему больно.
Она осторожно сняла ткань и увидела под глазом дракона ожог — глубокий, белесый, словно кто-то выжег кусок кожи заклинанием.
— Это магия, — сказал Лис, подойдя ближе. — Проклятая метка.
— Потом, — сказала она. — Сначала — успокоить.