И вот он здесь. Значит, успели, откачали, ввели противоядие! Вот тебе и надёжный яд… Надо было по-старинке, стреляться. Не хотел, чтобы Насте на опознании показывали его разорванную выстрелом голову…
Да будьте вы все прокляты! И патриархи, и заговорщики! Никакие действия уже не вернули бы Артёма, а теперь и сам подставился, и Настеньку подставил.
В глазах предательски защипало, и в этот момент в палату зашли.
— Ну, Тимошка, будем знакомы, — дед сел на стул возле кровати нашего пойничка. — Если вдруг ты меня не знаешь…
— Знаю, — голос Тимофея прозвучал сипло, он сглотнул и повторил. — Знаю. Ты — патриарх Пётр Александрович, а ты — Вадим Тихомиров.
— Ну и отлично, а то не люблю церемонии. А то, что Мишка — мой внук, ты знал?
— Догадывался, — кивнул Тимофей.
— Вот и хорошо. Понимаешь, Тимошка, какая оказия. Обманул вас ваш информатор. Мы с Тихомировыми союзники уже очень давно, и дети тут не при чём, они даже не встречаются, как все думают, у Мишки невеста есть.
— Но… — Тимофей побледнел.
— Откуда мы знаем про информатора? — дед подмигнул мне. — Миша, объясни ему, он не понимает, а я в этих ваших технологиях плохо разбираюсь, напутаю ещё чего, в заблуждение введу.
Я кивнул.
«Аврора, мне бы диктофон с записью разговора Минина с Ефимовым».
«Держи!»
В моей руке появился стильный электронный диктофон. Понятно, что муляж, но кнопки имеются. Точнее, одна. На которую я и нажал.
По мере прослушивания собственного разговора, Тимофей то бледнел, то краснел. Когда же запись закончилась — откинулся на подушки и закрыл глаза.
— Если ты ждёшь, когда данные тобой клятвы тебя убьют, то даже не надейся, — «обрадовал» я его. — Ты принял цианид и фактически умер. А как нам недавно Марсель Львович объяснял, в момент смерти человек освобождается от всех клятв.
— Но вы же меня реанимировали!
— Ты знаком с феноменом блуждающего сознания? — подал голос Вадим.
— Понятия не имею, что это, — ответил Тимофей, — но звучит как диагноз.
— При подключении первых вирт-капсул к игре, если связь пропадала, или электричество отключалось, или ещё что-то, сознание игрока оставалось в игре, а тело оказывалось в коме. Правда, длиться это долго не могло, спустя несколько часов, если связь не удавалось восстановить, сознание угасало, а тело оставалось овощем. Во всех новых капсулах стоит аппаратная блокировка проскальзывания сознания в игру. Однако проблему угасания сознания удалось решить, и у нас есть капсулы и без блокировки.
— Вы хотите сказать… — Тимофей, кажется, начал понимать, но шок от осознания оказался слишком силён.