— Почему ты написал, что разрешишь публикацию в газетах только с первого марта? — озвучил видимо их общий вопрос Ээро Эркко. — Ведь это просто изумительная книга. А твой новый глоссарий к ней — это что-то с чем-то. Если начать публикацию с февраля и растянуть её на два-три месяца, то мы успеем напечатать и первый тираж. Который, благодаря нашей рекламе в литературных приложениях, может принести ощутимую прибыль.
— Вы правы, дядя Ээро. Но публикацию мы начнём с марта. Считайте это моим капризом.
Новой книгой я рассчитывал немного отвлечь финляндских обывателей от революции. Почему-то я решил, что это поможет сбить общественный накал и не выгонит население на улицы. Вполне возможно, я ошибаюсь на этот счёт, и про мою книгу тут же все забудут, как только станет известно об отречении императора. Ну, поживём — увидим.
Глава 13
Февраль 1917 года. Гельсингфорс, улица Боцманская.
Бздынь — посыпались стекла на уцелевшем окне, а сидевшего за перевёрнутым столом Эдварда Вяйнёля забрызгало кровью и мозгами из лопнувшей головы анархиста, прятавшегося рядом с ним.
— Стрелок на крыше! — поздно закричал об угрозе Карл Химанен и несколько раз выстрелил из пистолета куда-то вверх.
— Тьфу, перкеле, мать твою!
Мешая финские и русские ругательства, отплевываясь от попавшей в рот крови собрата по их анархистской организации, Эдвард, повалившись на пол, ловко пополз под защиту массивного комода.
— Что у вас? — раздался крик с лестничной клетки от одного из братьев Пуси, отстреливающихся от полицейских.
— Стрелок на крыше дома напротив! — проорал в ответ Карл Химанен. — Он только нас выцеливает. У вас окно низко, так что вам это не грозит!
— Ясно! Понял! — отозвался гельсингфорский анархист.
— И зачем мы только вернулись в княжество? — еле слышно, у самого себя спросил Эдвард Вяйнёля. — Хуора! Паска! — выругался он уже в полный голос, когда выяснилось, что в процессе спешного перемещения обронил свой револьвер.
А ведь всё так неплохо складывалось. В далёком 1906 году, когда полиция, правительственные войска и белая гвардия добивали отряды повстанцев из партии активного сопротивления, социал-демократов и младофинов, их небольшой ячейке анархистско-радикального «Тайного союза» удалось сорвать неплохой куш. В хаосе уличных боёв они сумели захватить кассы сразу двух ломбардов и одного страхового общества. И благоразумно покинули княжество.
Вырученных денег хватило даже на то, чтобы прикупить немаленькую мызу в Ковенской губернии, неподалёку от железнодорожной станции Шавляны. И уже оттуда они продолжали совершать «эксы», пополняя кассу своей ячейки. Но, помня про собственную безопасность, все акции, в основном, проводили в соседнем Царстве Польском.