— Да-да. Я его помню. Он приезжал перед партийной конференцией в 1905 году. Вот только, звали его иначе. Карл Радек, да? Я прав?
— У вас отменная память на лица, товарищ Зелёный, — с жутким славянским акцентом произнёс на шведском, названный Карлом Радеком. — И вы единственный, кто остался верен идеалам нашей партии и готов помочь нам.
— А кто вам сказал, что я верен и готов? — усмехнулся хозяин квартиры. — Я давно уже член профсоюзной партии и не имею ничего общего с социал-демократами. И не собираюсь оказывать вам какую-либо помощь.
— Но как же так. Ты же согласился выслушать нас, — возмутился Адольф Тайми.
— Выслушать и помочь — это разные вещи. После восстания 1906 года, когда вы кинули нас на произвол судьбы, да ещё и всю кассу партийной ячейки с собой утащили, я и многие мои товарищи пересмотрели свои взгляды. Но я готов вас выслушать. Что за акция такая?
— Это касается главы «Хухта-групп» Матти Хухты. Нам надо…
— Э, нет, парни. Если вы что-то плохое задумали против малыша Хухты, то я даже слушать вас не буду, — непочтительно перебил гостей товарищ Зелёный. — Уходите.
— Малыш? Это вы так сейчас называете этого кровопийцу и угнетателя рабочих? Он же вас использует и эксплуатирует. А вы, как цепные пёсики, бежите у его ног и преданно заглядываете ему в глаза. В глаза капиталиста и убийцы наших братьев-революционеров? Что же он такого сделал, что даже вы, подпольщики с многолетним стажем, так почитаете его? — неожиданно вызверился на хозяина квартиры товарищ Генрих.
— Что? Да в отличие от вас и, если быть честным, и нас, Хухта, дал пролетариату Суоми то, чего не смогла дать наша многолетняя борьба. Профсоюзная и аграрная партии появились только благодаря ему. Это он внедрил на своих предприятиях самые лучшие условия для работников. И создал такие условия в княжестве, что остальные капиталисты были вынужденны перенять их. Он…
— Достаточно. Это надо остановить. Вы же не видите, что уже погрязли в своём мелкобуржуазном болоте. Не поможете вы, так мы найдём, кто нам окажет поддержку в устранении этого вашего «малыша».
— Даже так? Это вы зря, — хозяин квартиры вытащил из-под стола правую руку с зажатым в ней револьвером и, взведя курок, направил оружие на гостей.
Как будто по команде, из других комнат появилось ещё четверо вооруженных мужчин.
— Значит так? Сдать нас решил? Выслужиться перед властями? — зло прошипел Адольф Тайми.
— Вы сами виноваты. Если бы не стали называть свою истинную цель, то спокойно ушли бы восвояси. А так, мне и моим парням, — мужчина кивнул куда-то себе за спину. — Есть что терять.